— Много пустого болтают о воскресных обычаях в Уэльсе, — неожиданно произнес Оуэн. — Был большой шум несколько лет назад, когда проект закона о воскресеньях был представлен в парламент. Чего бы вы захотели, если бы тогда жили здесь? Открыть пабы и опустошить церкви или сохранить все, как теперь?
— Я не знаю… Я об этом не думала.
Оуэн поднял взгляд и показал рукой на притихший город:
— Все здесь замирает в воскресенье. Все дела отложены, и это правильно. Воскресенье надо отдавать семье, ходить друг к другу в гости. Старые люди ждут, чтобы пришли их внуки, даже если посещение Нэн и Тэда не так интересно для детей, как кино по телевизору, для них все равно в этом есть польза, урок по воспитанию чувства долга. А если отец в пабе или занят в саду, урок не состоялся. Множество мелких табу выросло вокруг валлийского воскресенья. Кажется, нельзя делать и то, и это. Но все сводится вот к чему: необходимо очистить день от всех необязательных дел, чтобы он был открыт для существенных.
— Но вам пришлось работать сегодня утром на ферме.
— Разумеется. Это было необходимо — для жизни. Хотя и для жизни животных, но все равно — для жизни. Мы кормили и доили, но больше ничего не делали.
«У него нет семьи, — подумала Мэри с неожиданным сочувствием. — Как он проводит свои воскресенья?» Насколько она счастливее его! У нее есть дорогая тетушка Дайлис.
— Мне надо идти, и я обязательно навещу сегодня тетушку Дайлис.
Оуэн быстро взглянул на нее.
— Я отведу вас. Сегодня после полудня. Мы пройдемся туда пешком через горы Нант. Довольно крутой подъем и пара часов вдоль вершины, но это одно из красивейших мест Уэльса. Потом спустимся вниз на другую сторону гор в долину реки Тоннан, а там десять минут ходьбы до усадьбы тетушки Коид-Деру.
Мэри охватило раздражение. Разве не мог он сначала спросить ее согласия?
— Боюсь, я не смогу пойти туда после полудня.
— Тогда вечером, — предложил он. — Можно пойти сразу после дойки. Будет не так много времени, и тетушка отвезет нас обратно. Вы не должны работать по воскресеньям, — мягко упрекнул он ее. — Не знаю, что вы планировали на сегодня после полудня, но это следует отложить на будний день.
— Я не собиралась работать, — заявила Мэри с достоинством. — Я знаю об отношении валлийцев к воскресеньям. Меня пригласили поехать на побережье. Вот почему я не смогу пойти.
— Понятно. — Оуэн опять уставился вниз на реку, и Мэри заметила, как лицо его стало жестким, кожа на скулах натянулась. — Молодой Тревор, я полагаю, — наконец произнес он.
Когда они подошли к «Дому у Моста», Мэри остановилась в нерешительности.
— До свидания, надеюсь, вы… — Конец его фразы заглушил визг тормозов, машина, спустившаяся с моста на большой скорости, остановилась около них. Мужской голос произнес:
— Ты все еще в церковном одеянии? Ах, Мэри! Я просил тебя быть готовой к двенадцати тридцати…
Мэри повернулась к Оуэну, но он уже шагал вдоль дороги.
— Что случилось с нашим сердитым котиком? — спросил Хью. — Он даже не поздоровался. У тебя десять минут, чтобы переодеться.
Они вместе прошли в большую комнату. Хью что-то принес с собой и теперь поставил перед ней.
— Не можешь ли раздобыть пару стаканов? — спросил он. — Единственное, что следует делать в Уэльсе в воскресенье, — нести с собой радость. Вот вполне достойный шерри, и раз мы не сможем останавливаться по дороге и выпивать, я подумал, захвачу-ка с собой, чтобы мы смогли выпить перед стартом.
— Мне что-то не хочется пить, Хью, — отказалась Мэри.
— Ерунда! Это пойдет тебе на пользу. — Он прошел на кухню и вернулся с двумя чашками. — Стаканов нет, но вкус от этого не изменится. А теперь… — Он откупорил бутылку и щедро разлил вино. — За нас! — Он поднял свою чашку, потом остановился, увидев, что Мэри не собирается поднимать свою. — Доктор прописал! — Он поднял ее чашку и сунул ей в руку.
«Почему бы нет, — подумала Мэри. — Доставь себе удовольствие — ты же хотела провести день с Хью. Не позволяй Оуэну испортить тебе день».
Мэри подняла свою чашку.
— За нас, — повторила она.
— И за хороший день, — добавил Хью. — Мы повеселимся… и не стоит думать о валлийском воскресенье.
Но в душе Мэри не могла полностью поддержать этот тост. Уж не слова ли Оуэна заставили ее задуматься?
Когда они добрались до моря, оно было синим и спокойным, солнце светило щедро, Мэри была рада, что надела прохладное платье из хлопка. Они устроились в шезлонгах в конце дамбы. На каменистом мысе слева расположились первые отдыхающие. Внизу двое мужчин ловили рыбу с небольшой надувной лодки.
— Рыбная ловля… это разрешено в воскресенье? — обратилась Мэри с вопросом к Хью.
— Не думаю. Удовольствия в одиночку не одобряются. Но на побережье живет много англичан.
В павильоне у пристани было весело. В высоких окнах виднелись и небо и море. Оформление зала оказалось ярким и привлекательным. Оркестр исполнял новые мелодии, и Мэри, танцуя с Хью, сказала себе, что это здорово.
Позже, когда они сидели в баре морского отеля, Хью спросил:
— А теперь в завершение вечера не посмотреть ли нам фильм?
Мэри нерешительно проговорила:
