Мастер размял ноги и резко стартанул. Для стороннего наблюдателя его перемещение напомнило размазанную линию. Бегун ускорялся быстрее, чем тысячесильный Бугатти. Через мгновение он примащивал на щит белый квадрат мишени, а потом так же резко сорвался и тут же появился рядом с БРДМ. Бубка смотрел на него глазами полными восхищения.
— Как? — Мастер заметил его реакцию.
— Я…, я тоже так хочу, — признался мальчишка.
— Поживёшь тут и не такому научишься.
Мастер, так и не назвавший своего имени, и его напарник Кум забрались внутрь БРДМ. Башня и пулемёт задвигались. Мощный выстрел, заложивший уши, как его не ждали, раздался неожиданно. Бегун выбрался из «бардака» и сбегал за мгновение туда и обратно. Они подправили прицел и снова выстрелили. Бегун снова проверил точность пристрелки. После проверки третьего выстрела, он уверенно произнёс.
— В копеечку ложить будешь с километра. Вы сами стрелять будете или дадут стрелка?
— Обещали дать.
— Ну и хорошо, у нас тут есть нормальные ребята, а вас ещё учить надо. И это, мы тебе люк для водомёта выправили, заедал.
— Я вам что–то должен? — поинтересовался Рэб, думая, что у него выпрашивают за шабашку.
— Не, не, ничего, просто в знак уважения.
Рэб усмехнулся, поняв, что они взяли свое водкой.
«Бардак» вернулся в посёлок затемно. У центрального здания кипела жизнь, но в остальных темных и глухих углах посёлка она замерла. Тишина создавала иллюзию, будто в посёлок можно проникнуть незамеченным извне. Рэб знал, что это не так. Без знания проходов соваться в любой, самый затрапезный с виду стаб, не стоит.
В темноте послышались шаги, потом в броню звонко постучали железом.
— Эй, новенький, — Рэб признал голос Шторма. — Ночевать к правлению, под присмотром, иначе придётся навесить дистанционную мину.
Рэб не стал высовываться из люка. У Шторма могли быть к нему счеты за пережитый страх и унижение.
— Я понял, сейчас подъеду, — ответил он через броню.
Рэб подъехал к освещённому как бордель правлению. Крики пьяных мужиков, визг женщин, матерная брань, выяснение отношений, словом, нормальный вечер для тех, кто решил хорошо отдохнуть. Только Рэб, не спавший ночь, думал о нормальном сне.
— Что, Бубка, сможем уснуть в этом содоме? — Рэб переживал за ребенка, которого будут пугать крики.
— Пусть орут, мне пофиг, — ответил мальчишка, ничуть не бравируя.
— Вот и здорово, а я засну даже под звуки атомной бомбардировки.
Рэб постелил покрывало Бубке на коробках с продуктами, а сам лёг на пол за сиденьями. Обнялся с Тигром и не заметил, как уснул. Среди ночи, сквозь сон, он слышал, как на колесо «бардаку» кто–то опорожнил мочевой пузырь, кто–то постучал и поинтересовался, есть ли кто внутри. Под утро рядом с ними затеяли драку, кричали мужики, визжали женщины. Потом кто–то остановил драку, судя по частым ударам и быстро наступающему затишью, делал он это весьма эффективно.
Разбудили Рэба стуком в броню. Сквозь триплексы пробивались лучи солнца.
— Подъём, черти ленивые. Пора и честь знать.
Рэб открыл люк и выбрался наружу. Рядом с «бардаком» стоял Шторм и ещё пара ребят, которых прежде Рэб не видел.
— Готов идти в рейд? — с вызовом спросил Шторм, будто не был уверен в том, что Рэб согласится.
— Я как пионер, всегда готов. Вон, пушку ваши умельцы вставили, пристреляли, патронов дадите и в путь.
— Дадим. Вместе пойдём получать. Это вам в экипаж стрелок, который на «ты» с любым пулемётом. Зовут Квазирогом, прошу любить и жаловать, — Шторм подтолкнул одного из мужчин вперёд.
Квазирог пожал руку Рэбу и снова представился.
— Квази–рог, — по слогам произнёс он свое имя.
— Рэб, — коротко произнёс свое имя Рэб.
— Вас же двое? — спросил Квазирог.
— Бубка ещё ребенок, спит.
— Так, пятнадцать минут на приготовление, пожрать, посрать, получить патроны. Ясно? — Шторм изобразил из себя строгого командира.
— Ясно, — ответил без энтузиазма Рэб.
Шторм и оставшийся напарник ушли.
— Залазь, оглядись, — предложил Рэб Квазирогу осмотреться в его машине.
— Ага, — Квазирог пробрался внутрь через тесный люк, с непривычки приложившись о проем головой. — Ах ты, теснотища.
Однако внутри «бардака» было совсем не тесно. Бубка открыл глаза, сел и странно посмотрел на Рэба. Рэб не понял его взгляда.
— Живец с утра. — Протянул мальчишке «шейкер».
— Ты обещал на коньяке.
— Я? — Рэб замер, вспоминая обстоятельства своего обещания. — Так это сегодня что ли? У тебя денюха сегодня?
Бубка закивал головой. Рэб звучно шлепнул себя ладонью по лбу.
— Прости, блин, я забыл. Я ж не привык…, у меня ж никогда…, эй, как тебя, прости…
— Квази–рог, — снова по слогам произнёс новый напарник. — Не козерог.
— Прости, Квазирог, у вас тут можно купить что–нибудь ребенку на день рожденья?
— Я слышал, он хочет коньяк?
— Не, пока без коньяка, торт можно купить.
— Торт? — заржал Квазирог. — У нас тут нет кондитерского цеха? Кто их тут купит?
— Эта, Варвара, на том конце живёт, сказала, что у вас тут быстрый кластер с магазином есть, там торты не продаются?
