— А должна? — невольно заинтересовалась она.
— Так бабка ж твоя это сказала.
— Та, что раньше тут жила.
— Мол, еще раз явитесь дерево трясти, напущу сыпи — мало не покажется.
— Хотите сказать, вас остановили ее угрозы? — прищурилась Аля. — Или проверяли?
— Убедились, угу…
— Высыпало?
— Еще как, — солидно кивнул второй. — Жуть сильная бабка была. И заклятья прямо жуткие клала.
— Ладно, — ответила Аля не менее серьезным тоном, хотя гораздо больше тянуло расхохотаться. — Если честно расскажете все как было, сегодня же ночью то заклятье сниму.
— Но коли подглядывать припретесь, — прозорливо вклинился Вафка, — понос напустит, и тоже страшный. Усекли?
— Угу…
— Да что ж непонятного-то?.. — вразнобой, но согласно откликнулись братья.
А потом глянули на лодку, повеселели и зачастили — тоже наперегонки и подхватывая фразы друг за дружкой как давно спевшийся дуэт:
— В общем, мы и правда хотели его домой припереть, затейный потому что…
— Ну камень тот, что на плоской такой плите возле капища лежал. Хотя раньше мы его точно там не видели.
— Не пропустили бы, ага. Черточки на нем прямо синим светились…
— Думали ночью на чердаке проверить, не сойдет ли за лучину…
— Чо несешь, какая лучина? За фонарь, понял?! Чтоб прям как с базара из городу — светит, но не чадит. А лучина в башке у тебя!
— За своими дровами там смотри!..
— Цыц! — успела остановить драку Аля. — А ну толком рассказывайте. И без грызни! Не то колдану сейчас — бабкина золотуха медом покажется!
— Так мы толком и говорим, — мигом присмирели оба.
— Угу, говорим же…
— Что хотели его с собой взять…
— И даже в туес, на ягоды, положили.
— А как к берегу пошли, он вдруг горячим сделался…
— Чуть не попалил нам все! Правда, побожиться могу…
— Ага, и я могу.
— Ну так мы его, значится, со страху прямо в куст возле берега кинули…
— И ну грести оттудова…
— Ну и угребли, значится.
— И даже с той брусники потом тока верхний слой снять да выбросить пришлось…
— Там, где совсем печеная получилась — от того камня.
— Думали, не узнает никто…
— Но бабка Вура жухлые ягоды углядела…
— От нее вообще хрен что скроешь…
— Да и сняли мы, если честно, не все — кое-какие брусничины прямо вниз провалились…
— В общем, сегодня поутру она нас за уши прихватила и все выпытала... Когда мы как раз снова туда намыливались.
— Погодите, — вклинилась Аля в этот поток, — вы туда вернуться что ли собирались? На капище?
— Ага, — охотно подтвердил старший. — Хотели попробовать тот камень забрать все же. Вдруг остыл теперь?
— Ну очень он затейный был. Жалко ж бросать, правда?
— Но Вура сказала что шкуры с нас спустит. А потом батьке велела лодку взять и на тот берег ее везти.
— Зачем? — опять не поняла Аля.
— Ну, чтоб вернуть все как было.
— Ага, опять на плиту, значится, положить. Чтоб чертовщина в доме совсем закончилась.
— То есть Вура решила — все из-за камня? — уточнила она.
— Ну да. Мол, мы его потрогали — все и началось.
— Может оно и правда так, — старший дернул плечом с таким видом, словно не сильно-то и боялся.
— Но каменюку ту страсть как жалко…
Аля мигом сообразила, куда мальчишки клонят и решила пресечь это в корне:
— Забудьте о нем — словно не было. А к капищу чтоб вообще не приближались больше! Ясно?
И дождавшись когда оба кивнут, пусть и не слишком охотно, закруглила разговор:
— А сейчас бегом домой, пока вам те шкуры и правда не спустили. Бегом!
— Посвисти еще им вслед, — шумно отряхнулся вылезший из куста Ирулан, когда калитка за мальчишками хлопнула, а топот ног затих. Именно из этой не облетевшей еще зелени катши и присматривал, чтобы никто лишний вдруг не подкрался и не услышал из разговора во дворе чего не следует. — Ладно, в дом пошли — думать. А то, сдается, вместо ответов мы наоборот, лишь новые вопросы получили.
— Угу, — сходу согласилась Аля, шагнув к крыльцу и с трудом удержавшись, чтобы не подхватить кота под брюхо и не втащить в дом на руках — Ирулан бы ей такого сроду потом не простил. И не забыл. — Но странно, что Вура не успокоилась — умертвие-то мы увезли.
— Так то умертвие. А дух паскудный как раз остался.
— В смысле? — споткнулась она первой ступеньке.
— В том смысле, что мне тамошний банник еще кое-что рассказать успел. Эти вот милые детки, которых ты сейчас отсюда шуганула, сперли где-то в доме штуку беленой марлевки, размотали и развесили ее в бане на манер то ли занавески, то ли паучьих тенет. И спрятались сзади. А дождавшись, когда туда заглянет Вура, начали ту тряпку шевелить, да еще и подвывать. Представила?
Аля представила. А потому едва удержалась от хохота:
— И что? Она в самом деле поверила, что это призрак вернулся?
— Может и не поверила, особенно когда углядела и вытащила оттуда за шкирняк младшенького внучка. Но про печеную бруснику в туесе явно вспомнила, тут же кое-что сопоставив и прикинув. После чего и велела Ориме выловить и удравшего было старшенького, прихватила розгу да хорошенько обоих братцев порасспросила — чисто на всякий случай.
— Что они вообще на эту тему знают и, главное, откуда?
— Именно!
