— Охылы, охылай
Иды ж ты до нэбэсай
Нэ йды у плэ глыбоке
Займай широке…
Варево в котле послушно раскручивалось вслед за деревянной ложкой, создавая в середине на диво ровную воронку. Дымок над ней поднимался как и положено: густой, пахнущий травами и чуть сизоватый. Поднимался, чтобы потом так же послушно уплыть в раскрытое настежь окно и потянуться в сторону реки. Слова древнего наговора с позабытым, почти непонятным уже смыслом, смешивались с ним и тянулись следом, зависая над берегом и сами, кажется, обрастая такими же густыми клубами нарождающегося тумана.
— Не будэш глядьты, загоняты,
Буду мечем секти, рубати…
Аля прекрасно знала, как сейчас выглядит и какой ее видят остальные: светящиеся кошачьей зеленью глаза, развевающиеся от призрачного, потустороннего ветра волосы, заострившиеся уши и вытянувшиеся когти, уже начинающие мешать нормально ухватить ложку за длинный черенок…
Эх, жаль не вышло заранее разогнать отсюда всю эту честную компанию, хоть Аля и пыталась. Но потом сообразила, что с присутствием зрителей проще смириться — гнать-то по сути было некого. Вафке посмотреть на такое будет лишь на пользу, катши тем более — он даже помочь в случае чего сможет, а духа… Эту дрянь разве ж выгонишь? Так что плюнув, она просто занялась делом. Ушла только Келасса, уведя за собой в сарай детишек — мышей пока погонять. Незачем им на такое смотреть, да и ведьму отвлекать незачем тоже.
А остальные… Ну что ж, сами напросились, сами пусть теперь и любуются. Все равно по-другому силу она призывать не умеет.
Магистр, явно ничего подобного раньше не видевший и неотрывно следивший за каждым ее движением, вдруг сдулся — быстро и внезапно. Сначала перестал заглядывать ей в лицо, шевеля губами и словно тоже беззвучно проговаривая каждое слово, потом вообще отшатнулся к дальней стене, вжавшись лопатками в бревна, а под конец просто стек по ним на манер полупрозрачного киселя, тихо сложившись неряшливой ватой на полу.
Вот только Але сейчас точно было не до него — ритуал выходил на пик и отвлечься значило не просто пустить все усилия Ирулану под хвост, но и подставить деревню — слишком большая мощь висела уже на ее пальцах. Вырвется — разнесет здесь все к чертям, а то и куда подальше. Наговор нужно было завершать несмотря ни на что.
— Ис полнэба и земла
Славу, славу клала я!
Аля поставила последнюю точку, и только потом позволила себе отвлечься и прикинуть: услышала она стук магистрова тела о доски пола или показалось? Нет, скорее показалось все же — чему там сейчас греметь? Но хорошо хоть сразу в погреб не унесло, как это случилось на капище. Значит, не настолько все и критично.
— Что с ним? — Аля стряхнула в котел последние искры силы с пальцев, еще пару раз провернула варево ложкой, ладонью разогнала остатки тумана над ним и прихлопнула крышкой.
Все! Закончила.
— Да ничего страшного, — ответил катши, хотя к упавшему духу они с Вафкой рванули вдвоем и чуть ли не наперегонки. — В себя уже вон приходит, глазками лупает.
И тут же, не меняя тона, развернулся к магистру:
— Ниче-ниче, это нормально — наших всех от нее тошнит. Потому ни домовики, ни прочая нечисть рядом с ведьмами и не живут. Только фамильяры — но мы статья особая, и готовят нас по особому…
— Я не ваш, — перебил его призрак. Вернее, попытался перебить — слишком уж слабо и неубедительно оно прозвучало.
— Ну разумеется не наш, куда тебе… — катши, видать, тоже не проникся. — Но в разобранном состоянии и ты к нужному уровню чуток приблизился, не иначе. Лежи, лежи, не дергайся, сейчас должно совсем отпустить.
— Не-а, нельзя ему лежать, — вдруг прислушался к чему-то Вафка, покосившись на все еще открытое окно. — Кажись, Вуру сюда несет — я стук ее палки ни с чем не перепутаю.
— Точно, она, — едва не чертыхнулась Аля, высунувшись в окно и увидев Оримову тещу уже возле самой калитки. — Да что ж они прям повадились сюда — то старосту принесет, то ее…
— Ну так и шуганите их раз и навсегда, — зыркнул Ирулан. — Трудно что ли? Когда здесь теперь целых два пугала, вместо одного.
— Нетрудно. — Аля уже шла к двери — открывать. — Но ненужно. Просто так, без серьезной причины она бы сюда не явилась, сам это не хуже меня знаешь.
— Знаю, — раздраженно дернул хвостом кот и снова уставился на духа: — Ладно проваливай тогда отсюда. В самом прямом смысле проваливай — в погреб. Подождешь там, пока она не уберется, заодно и оклемаешься окончательно.
А проследив, как белесый призрак без лишних споров стекает вниз сквозь щели в досках, сам ловко юркнул под лавку.
— Здравствуй, Вура, — распахнула Аля дверь, убедившись, что ее кухня выглядит вполне прилично, а из зрелищ может похвастаться разве что встрепанным больше обычного Вафкой. — Зайдешь?
— Нет, — резко и без малейшего смущения отказалась та. — Я и отсюда поговорю.
— Ну как знаешь, — дернула плечом Аля. — Чего хотела-то?
— Совета я от тебя, ведьма, хотела.
— Спрашивай. Или все же в дом зайдешь? Чтоб ни твоих вопросов, ни моих ответов полдеревни заодно не выслушало.
