— Я ведь прекрасно знаю, кто у вас здесь на самом деле настоящий хозяин. Вовсе не твой зятек, верно?
В дом Аля ввалилась лишь четверть часа спустя, окончательно уладив с Вурой все детали и постаравшись обговорить даже мелочи очередного своего гениального плана. Да, именно гениального, без вариантов. Он должен был стать именно таким, иначе ни единого шанса выпутаться из этого дерьма у них не оставалось. А войдя, тут же приткнула оружие чистильщика в ближайший от двери угол, оценила устроенный в кухне разгром и решилась — словно в воду прыгнула:
— Кто-то пострадал? — Все-таки сколько ни оттягивай, а спросить это пришлось.
И затаила дыхание в ожидании ответа.
— Лапа моя пострадала, — катши, вылизывающий на столе закопченный бок, оторвался от своего занятия и в упор уставился янтарными глазищами. — Не видела что ли?
И Алю разом отпустило — так что аж ноги держать перестали и пришлось плюхнуться на ближайшую лавку, рядом с опрокинутым ведром для воды. Если бы и правда что-то серьезное произошло, не стал бы катши вот так выкаблучиваться. Значит в порядке все. Хотя бы в целом.
— С детьми все нормально, — окончательно успокоила ее Келасса, высовывая мордочку из дыры за ларем. Судя по возне там, остальное свое семейство она тоже загнала именно в этот относительно безопасный закуток и выпускать на волю благоразумно не спешила.
— А Вафка где? — парня в этом разгроме найти удалось далеко не сразу — глаз все время цеплялся то за выжженную импульсником проплешину на стене, то за опрокинутую полку с рассыпанными вокруг пузырьками и травами, то за перевернутый ножками вверх табурет, кокетливо накрытый оборванной занавеской…
— Там он, — ткнул призрак в дальний угол за печью. — И только обо мне, видать, никто не беспокоится…
— Погоди, — отмахнулась от этих наигранных претензий Аля, вглядываясь в сумеречные тени, скрывавшие и без того укромный уголок. А затем подобрала с пола чудом уцелевшую лампу, пощелкала встроенным прямо в нее кресалом и, затеплив огонек, пошла смотреть, что там с парнем — не нравилось ей его молчание.
Но вид не понравился еще больше. Будущий господин ведьмак сидел прямо на полу, прислонившись к печному боку, а голенастые ноги вытянув вперед чуть ли ни через полкухни. И мерно баюкал прижатую к груди руку, оловянным взглядом уставившись в стену. Ту самую руку, на которой едва-едва затянулись царапины, оставленные умертвием, и которую сейчас чуть не сломал чистильщик. Или все же сломал?
— Вафкил? — позвала Аля.
А когда парень поднял глаза, поняла — рука не самое страшное, что ему сейчас сломали. Похоже, главные раны тут сейчас душевные.
— Ладно, — уселась она рядом — тоже на пол, но подтянув колени к подбородку и накрыв длинным подолом. Хоть и понимала — время поджимает. — Выкладывай.
— Что? — не сразу, но откликнулся-таки Вафка, и это здорово обнадеживало.
— Все, — вздохнула она. — По порядку. Прям с того момента, как сюда Тоншел второй раз явился.
— Явился, угу, — по-прежнему заторможенно начал тот и сдавленно охнул, неудачно дернувшись. — Аккурат, как и обещал.
— Обещал? — Аля поняла, что внезапная боль словно разбудила парня, и помогать ему с лечением не стала — все равно ни на что путное была сейчас неспособна. Так что пусть лучше выговорится, пока она накопит хоть немного силы.
Ну тот и зачастил — захлебываясь воздухом, второпях глотая окончания слов, а иногда даже целых предложений. Будто мешок с горохом порвался.
— Еще в прошлый раз, утром, когда они вдвоем другим прилетали, говорил, что в город меня с собой возьмет. Мол, способные там завсегда нужны и для дел поинтереснее, чем коровам хвосты крутить. Даже вещички собирать велел, но тебе о том пока не говорить. Ты, мол, все равно не отпустишь, иначе самой так и придется в этой дыре куковать. А еще обещал, что по дороге винтолет даст повести… Научит… И… И… И явился вот сейчас! Правда один уже. Но сказал, что сначала я должен ему кое в чем помочь. Здесь. Найти и убрать ту нечисть, которая могла видеть их с напарником на капище. Мол, в городе никому не надо знать, что я из деревни сбег. И что господин Тоншел здесь появлялся — тоже. А ведьму он потом сам молчать заставит. Знает как, и тут я ему точно не помощник…
Вот тогда-то Вафка впервые нехорошее почуял и засомневался. Как это, Алиту насовсем заткнуть? Сам-то он для такого лишь один способ знал, и не сказать, что б тот ему сильно нравился. Совсем, не нравился, верней… Ну а вконец плохо стало когда один из котят вылез. И крылья, глупый, раскинул…
Вафка наконец перестал невидяще пялиться в стену и посмотрел ей прямо в лицо:
— Тоншел убить его хотел! — губы у парня дрожали. — Я видел! Убить, понимаешь?!
— И что ты тогда сделал? — ровно спросила Аля. Очень и очень ровно. Чтобы хоть как-то успокоить.
