- А я не твоя псина. Встать сможешь?
- Смогу или нет – неважно. Должен - значит встану.
Приподнимаюсь на корточках, помогаю ему сесть, придерживая за спину.
Тут же хватается за ребра, прикрывает глаза, задыхается, но даже сейчас пытается скрыть это.
Вскакиваю на ноги и тяну его вверх за запястье. Пальцы неестественно изогнуты. Твою мать.
Рывком ставлю на ноги и тут же перехватываю за пояс, с трудом удерживаю в вертикальном положении. Какой тяжелый. Выше меня к тому же.
- Держу. Давай я…
- Сам.
Сука.
- Здесь недалеко…
Морщится, прикрывая глаза. Повязка на шее едва держится, но рана неглубокая, к счастью. Чего не скажешь о той, что на животе.
Оборачивается, устремляет взгляд на катану, колеблется. Словно прощается с верной подругой. Все…
Кивает в сторону выхода из узкой подворотни. Первый шаг… С трудом удерживаю его.
Почти всем весом на мои плечи, едва переставляет ноги.
Вздрагиваю, всхлипы застывают в горле.
Эмоции в сторону! Жалкий ты кусок дерьма! Соберись, ничтожество!
Считаю шаги. Один… Второй…
Кое-как до угла центральной улицы. Тихо, город вымерший. Впервые радуюсь этому.
Сто… Сто один…
Колени подгибаются, едва удерживаю.
Ловлю взгляд красных глаз. Спокойный, сосредоточенный. И это придает мне сил.
Триста три… Триста четыре…
Мышцы ноют.
Все медленнее. Жилые корпуса.
Пятьсот восемь… Пятьсот девять…
Совсем близко.
Когда ты успел сменить жилье?
Тысяча…
- Подожди…
Послушно останавливаюсь, осторожно обхватывая твою талию. Пытаешься отдышаться, наклоняешься, прикрывая глаза. Носом касаешься моей челки. Оборачиваюсь назад.
Кровавая тропинка тянется за нами следом. Множество свежих пятен. Плохо.
Ты тоже замечаешь ее. Не время сейчас.
Поудобнее перехватываю торс, стараясь не задеть рану и ребра. Левое запястье, затянутое в латекс, на моем плече.
Две тысячи триста одна…
Небольшой двор.
Две тысячи триста тридцать… Темный подъезд…
И гребаные ступеньки.
- Какой?
- Третий…
Ты уже на грани, с трудом держишься. Держался.
Становится тяжелее. Просто заваливаешься назад. Перехватываю, с усилием удерживаю. Вовремя ты решил отдохнуть.
У меня руки дрожат. Не думал, что смогу даже просто удержать тебя на весу. Первые десять ступенек. Мышцы сводит, чертов плащ путается под ногами.
Еще один пролет, уже медленнее.
После еще и еще. Какого же хера так много… ебучих… ступенек.
Последний… едва переставляя ноги… медленно…
Всего три двери. Толкаю первую - заперто.
Вторая…
Приветливо распахивается. Ну надо же, а эта даже не скрипит, как свинья резаная.
Темно и тепло.
В Тошиме все еще есть рабочие котельные?
Обязательно спрошу об этом. После.
Последние пару метров. Диван.
Осторожно опускаю тебя на мягкую поверхность.
И тут же падаю рядом, медленно стекая на пол. Пара секунд, чтобы унять дрожь в мышцах.
У меня нет времени на отдых.
Осматриваюсь и бреду в коридор искать ванную. В предыдущей квартире аптечка была именно там. И здесь тоже. Нахожу белую коробочку в одном из ящиков.
Закатываю рукава водолазки и мою руки.
Мыло ужасное.
Быстро ополаскиваю таз.
Наливаю горячей воды, тащу все это к дивану. И еще…
Пара простыней находится весьма быстро. Надо же, даже чистые.
Дальше как в тумане… Смутно помню, как стаскивал с тебя одежду, обрабатывал и перетягивал раны.
Но хорошо помню, как вправлял сломанные пальцы, один за другим, с громким хрустом.
После также перетянуть и зафиксировать, крепко примотав друг к другу.
Тугая повязка на ребрах. Четыре нижних сломано.
И напоследок укусы…
Неглубокие, но, блять… Передергивает от мысли, что какая-то мразь касалась твоего тела так, как не было позволено мне.
Это даже хорошо, что ты без сознания. Болевой шок или еще что - не знаю. Но… я бы просто не смог проделывать все это под твоим взглядом. С тонкой поволокой страданий.
Вот и все. Последней была длинная царапина на груди.
Антисептик шипит, смешиваясь с кровью, становится розовой пеной. Поднимаюсь с пола, нахожу плед в дальней комнате, в спальне.
Накрываю тебя, осторожно, скрывая уродливые раны и белые полоски бинтов под тканью.
Голова кружится, оседаю на пол, лопатками упираясь в деревянный каркас. Давит… больно.
На макушку ложится что-то тяжелое, чужое… Ан нет, всего лишь твоя ладонь, затянутая бинтами. Закрываю глаза… Больно.
***
Задремал на этом чертовом диване. Спина затекла.
Это преследует меня, как наваждение. Я не могу сомкнуть глаз. Боюсь. Боюсь, что мне снова придется пережить это. Все, с самого начала.
Стон, приглушенный закрытой дверью и скрипом кровати.
А, знаешь, катись оно все…
Поднимаюсь на ноги и в два больших шага оказываюсь у этой самой двери. Боюсь повернуть ручку, снова нарваться на грубость. Но, к черту, я сказал.
Решительно открываю. Оказываюсь справа, опускаюсь на матрац и просто молча подкатываюсь ближе, забираясь к тебе под одеяло. Осторожно, стараясь не касаться израненного плеча, просовываю руку тебе под голову, тяну ближе, так что темная макушка оказывается на моем плече.
Первый раз я позволяю себе что-то подобное.
И пока ты не успел прийти в себя от такой наглости, переворачиваюсь на бок и обнимаю, утыкаясь лицом в твои волосы. Осторожно ладонями оглаживаю спину.
Дрожишь.
