И чувствую, как все за те же многострадальные волосы меня заставляют наклониться.
Послушно размыкаю губы, когда в них толкается головка члена, солоноватая от смазки. Как разряд по оголенным проводам - едва с ума не схожу.
Вылизываю, целую, постанывая и цепляясь за тренированные бедра.
Такой большой и влажный… Впервые я так сильно хочу почувствовать его в себе как можно глубже. Да, это именно то, что мне сейчас нужно.
Просто имей меня, пока я не отключусь. Подальше от этих ебаных мыслей, которые так и норовят снова забраться в голову.
Отрываюсь от моей «конфеты», выпуская ее изо рта, теперь уже не отрывая взгляда от красных глаз, затянутых поволокой похоти.
Назад, втянуть головку в рот, не заботясь о стекающей по подбородку слюне. Точно такая же тонкая ниточка тянется от губ к горячей плоти, когда я отстраняюсь немного назад, чтобы кончиком языка очертить все выступающие вены.
От основания к истекающей смазкой верхушке… Обвожу ее контуры и втягиваю в рот, так глубоко, как только могу, до самой глотки.
Чуть вперед, чтобы уперся в нёбо, приласкать языком, максимально плотно сжать губами.
До упора…
И снова, дразня, ласкать только головку, едва касаясь.
Царапать зубами…
И тут же зализывать…
Ты же любишь контрасты.
Тонкие грани, отделяющие тягучую муку от болезненного наслаждения.
Твои руки… Одна ладонь сжимает плечо, другая так и не покинула моего затылка. Но ты не заставляешь меня - все также медленно, отрешенно перебираешь серые пряди.
Показуха.
Ты не так чертовски спокоен, как хочешь казаться.
И я прав.
Стоит только сжать кольцом губ твою плоть, немного языка - и ты судорожно дергаешь зажатые в кулак волосы. Больно.
Пронзительная нотка сладкой муки, я возбужден, я хочу тебя. Но даже не касаюсь себя, пальцами сжимая эмалированный бортик. Сильно, до побелевших костяшек и тягучей судороги в пальцах, она сковывает, мешает разжать их…
Так даже лучше, не хочу сам. Хочу, чтобы только ты.
Отстраняюсь, дергаю головой, освобождая многострадальные патлы.
Пара страстных, откровенных взглядов, брошенных из-под опущенных ресниц, и я подаюсь назад. Меняю положение - к тебе боком. Все также на коленях, раздвинув ноги и прогнувшись в спине.
- Давай уже. Тут нам обоим места хватит…
Медлишь, изучая меня. Тяжелый взгляд красных глаз настолько материален, что я физически чувствую, как он меня гладит.
Проходится по ребрам, ласкает спину.
О, черт…
Лицо заливает предательская краска. Закусываю губы.
- Я шлюхой себя чувствую…
Как унизительно.
Чего же ты медлишь? Я не каждый день предлагаю себя вот так.
- Нет, что ты. Шлюхам платят.
О, да… Я же ложусь под тебя сам.
Унизительно.
Шорох ткани. Металлическая пуговица негромко звякает, соприкасаясь с кафельным полом ванной комнаты.
Негромкий плеск воды, поднимается сразу же, грозится расплескаться, переполнив ванну.
Похуй.
Нам не грозит залить соседей, мы можем не опасаться хреновой звукоизоляции и картонных стен.
Определенно, даже в Тошиме есть свои плюсы.
Продвигаюсь чуть вперед и тут же чувствую прохладную, по сравнению с температурой воды, ладонь. Ложится на поясницу, медлит. После гладит, спускается ниже…
Выгибаюсь, подставляясь под пальцы.
Скользят ниже.
Чувствительный звонкий шлепок мокрой ладонью. Еще один ниже, по ягодице…
От пошлости голова кружится, а лицо так и не перестает пылать.
Но желание не утихает, наоборот… все сильнее.
Эрекция почти болезненна, а внутри все так и ноет, требуя прикосновений. Нет, даже не их, а грубого животного траха.
Так чтобы больно и много.
И быстрее…
- Давай так… - мой нетерпеливый шепот, когда пальцы находят и гладят тугое кольцо мышц.
Почему так стыдно… Сколько раз мы уже это делали.
Но никогда ты не прикасался ко мне там так по-садистски медленно. Осторожно, едва проникая кончиками пальцев.
И тут же назад…
- Ты думаешь, я для тебя это делаю? - насмешливый голос, хрипловатый, такой завораживающий, что спина покрывается крупными мурашками.
- Зачем тогда?
- Ты даже не представляешь, как это приятно - держать тебя в руках, чувствовать под пальцами. Знать, что ты полностью под моим контролем.
- Так всегда было… - Горько признавать подобное.
- В последние недели - нет. Знаешь, начинаешь ценить свое тело, когда оно снова функционирует.
- О, так ты все-таки признаешь, что был беспомощен, как… А! Ах… ха… Шики… Не дает мне договорить, вгоняя два пальца сразу.
- Затыкаешь не с той стороны…
- Но и это тоже действенно.
Не поспоришь…
Быстро дышу носом. Терпимо… Только быстрее.
Как назло, не торопится, медленно растягивая, даже не касаясь чувствительной точки внутри.
Хотя почему как?!
Видишь, как я хочу тебя, и издеваешься, сука…
Шиплю и дергаюсь назад.
- Так не терпится?
- Ты заебал, мудак! Или еби, или вали отсюда!
- Ты сам себе противоречишь, - спокойно посмеивается прямо над моим ухом, нависает, почти касаясь губами кожи.
- Отъебись! - дергаюсь в бесполезной попытке оттолкнуть тяжелое тело.
Ага, хрен там.
Тут же перехватывает поперек торса и рывком прижимает к себе.
Плеск воды и мокрые пятна на кафельной половой плитке.
Замираю.
Теплый язык не спеша слизывает капли с моей шеи…
Вылизывает, двигается вниз по сонной артерии…
