Звон стекла. Пронзительный и, кажется, такой громкий. Мелкие осколки летят вперед, свободно проходя сквозь узкие просветы решетки, и сталкиваются с тканью моей куртки.
Падают на пол.
Щеку царапает что-то…
Еще один осколок.
Тепло… Стекает по скуле.
И тут ОНО дергается, вздрагивает, впивается в меня невидящим взглядом. Размыкает потрескавшиеся губы, и подбородок тут же заливает зеленоватая жидкость.
Сине-серые десна… С покореженными зубами, словно выкорчеванными…
Изучает меня.
- Акира!!! - Теплые руки обхватывают меня и дергают назад.
Хруст, и обломанные ногти царапают мои скулы. Едва задевают. Тут же обдает волной отвратительной скверны, гниющей плоти.
Я слышал хруст… И сейчас понял, что это было - сломанные пальцы, которые болтаются на толстой задеревеневшей коже.
Сломало их, чтобы протиснуть кисть через решетку.
Один за другим… Впиваются пальцами в прутья, грызут их, выкорчевывая зубы вместе с кусками десен. Я вижу, как эти разлагающиеся ошметки падают на пол… прямо к моим ногам.
Рин тянет меня назад, к противоположной стене, но и там надсадный треск стекла.
Пятится, буквально насильно усаживает меня около двери. Постоянный гул от монотонных ударов по тяжелым створкам, они словно толкаются мне в спину.
Кажется, что кто-то швыряет куски разделанных туш, и мясо с чавканьем, на долю секунды, прилипает к двери. Падает, и по новой…
Теплый взъерошенный мальчишка устраивается на моих ногах, просто виснет на мне и прячет лицо за полами куртки. Ему страшно, я чувствую дрожь под окоченевшими пальцами, когда касаюсь тонкого плеча.
Рин прячется, а я не могу оторвать взгляда от тянущихся рук - некоторые совсем изуродованные, даже без пальцев, просто раздувшиеся культи, а некоторые совсем свежие, должно быть, имеют синеватый оттенок и только лишь.
Еще одно окно, широкое, на задней стенке склада. Как раз напротив меня, и там я вижу покореженные лица. Стеклянную преграду устраняют довольно быстро, просто выдавливают растрескавшееся стекло, оставив кинжально-острые осколки по бокам.
Я вижу, как темная мертвая кровь пачкает прутья, как лохмотьями свисает срезанная кожа. Они даже не замечают этого, продолжают упорно тянуться к своей цели. Толкаются, но как-то грубо, скорее рефлекторно, отпихивая друг друга, впиваются обезображенными ртами в чугунные прутья решетки, рвут губы об ее рифленую поверхность.
И запах… гнили… испорченного, много дней пролежавшего на жаре мяса.
Кажется, все вокруг пропиталось им.
Хотел бы я просто закрыть глаза, но не могу, не могу, не могу сомкнуть веки и остаться в темноте, слушая их утробные завывания.
Мне… Мне страшно?!
Или как еще назвать этот ступор?! От которого в горле пересохло и отнялись ноги?!
Кажется, что к животу приложили толстый пласт льда, и ледяной ужас сковывает меня, лишая остатков самообладания.
Нет… Нельзя…
«Соберись, ничего не стоящий кусок дерьма!»
Странно, знакомый голос в моей голове. Или же я сам произнес эту фразу?
Сразу стало как-то легче, ступор отступил, но спокойнее не стало.
Наоборот, из-за накатившей апатии я словно ушел в себя, а сейчас в полной мере осознал, ГДЕ я нахожусь и ЧТО мне угрожает.
А еще тут страшно холодно. И меня неслабо колотит.
Обхватываю сжавшегося в комок мальчишку, прижимая поближе к себе. Даже не поднимает голову, сидит, все также плотно зажмурив глаза и побелевшими пальцами стискивая тонкую водолазку. Осторожно кладу ладонь на его макушку и перебираю светлые пряди. Меня всегда это успокаивало…
Металлический скрежет.
Судорожно вскидываю голову и пытаюсь определить источник звука. Что же…
- Ебаный…!!!
Рин тоже оборачивается, и наши взгляды сходятся на окне справа, там, наверху, поддавшись напору, выпирает металлический штырь.
Миллиметр за миллиметром он выходит из бетонной стены.
Выпадет, а там и второй, третий…
Отталкиваю блондина в сторону и вскакиваю на ноги. Надо что-то… Что-то… Что?!!
Взгляд натыкается на все те же ящики у окон. И их достаточно много.
Вот только…
По позвоночнику пробегает судорога, все тело начинает ломить разом, а желудок сводит от рвотного позыва. Оглядываюсь на Рина…
Пытается забиться в угол подальше и смотрит на меня огромными и, кажется, мокрыми глазами.
И тут я понял - я не имею права быть слабым. Только не с Рином и Кеске.
А значит…
Выдох…
Осторожно, стараясь держаться в центре, продвигаюсь к поврежденной решетке. Завывания тут же стали громче, а конечности тянутся вперед с куда большим энтузиазмом.
Черт.
Пинком загоняю первый ящик под окно. Почти одного размера. Смогу ли я поднять еще два таких, чтобы нагромоздить их сверху?
Бля, ну какого хера… Какого хера меня так понесло, какого хера ТЫ ревнивый идиот, какого хера я вообще родился…
Всхлип.
Мельком оборачиваюсь на блондина и тут же перестаю себя жалеть. Потом, если… Нет, не если. Когда мы отсюда выберемся, забьюсь в угол и буду рыдать, тиская любимого плюшевого мишку.
Бля, у меня нет мишки. Сука, такой план провалился.
Второй ящик… Чтобы достать его, придется подползти ближе.
Полшага вперед, пинок по деревянному боку и тут же назад, оставив в разлагающихся пальцах клок волос.
