Профи отчитал новичка и снова сосредоточился на эклерах. Тяжело признавать, но он был прав, каждое слово по делу. Как я сама до такого не додумалась? Успокоилась, расслабилась, упустила из вида, что спектакль одним действием не заканчивается. Я со стоном упёрлась лбом в подоконник:
– Блин, как же это всё сложно!
– Да ладно тебе, выкрутились. Кстати, у нас с тобой, похоже, мысли сходятся. – Я повернула голову и с удивлением посмотрела на Самурая. – Я тёте Ане тоже сказал, что времени не хватает из-за учёбы и кучи репетиторов.
Тоже мне радость! Я подцепила вилкой несколько кусочков капусты и отправила в рот.
– Заканчивай свою траву есть. – Он подвинул ко мне тарелку с эклерами. – Хватай пироженку, сразу настроение поднимется.
– Какой ты заботливый! Налопаться высококалорийных эклеров на ночь, а потом весы на взвешивании сломать, да?
– Всё так серьёзно?
– Серьёзней некуда. Каждый грамм под контролем.
– Тогда я за тебя скушаю, – вздохнул он, якобы сокрушаясь, и потянулся за новым пирожным.
Я скорчила рожу и отвернулась, чтобы не видеть его довольную моську. А ведь я тоже люблю эклеры, просто обожаю, не то что это рыбное суфле!
За окном стало совсем темно. Яркой дорожкой убегала в горизонт автострада, высотные дома подсвечивались разноцветными пикселями окон, а над всем этим круглой серебристой монетой висела луна.
– Классный вид! – поделился своим впечатлением Жеглов.
– Мне тоже нравится – в любое время дня и ночи.
И снова молчание – и я, и он думали о своём, неспешно попивая чай. Так уютно было сидеть в тёплой кухне, любоваться ночным городским пейзажем, который казался красивее от того, что смотришь на него не в одиночку.
– Кстати, а что Лиля думает о том, что ты сегодня вечером тусишь у меня?
Жеглов удивлённо на меня уставился:
– Зачем ей об этом знать?
Я пожала плечами и снова отвернулась к окну. Действительно, глупость спросила, это же как две параллельные вселенные. В одной – он король класса, встречающийся с красивой и амбициозной девушкой, крутой и острый на язык Жеглов. В другой – обычный парень, умеющий улыбаться, сидящий рядом на кухне мой сосед. Тем более я сама просила его делать вид, что мы не общаемся вне школы.
– Заварка ещё осталась? – Голос мамы прервал мои размышления.
– И заварка, и эклеры. – Самурай вскочил со своего стула. – Присаживайтесь, тётя Аня.
Эта «тётя Аня» звучала для меня как скрип металла о стекло – раздражало до гусиной кожи. А маме, судя по её довольной физиономии, наоборот, очень нравилось. Она налила себе чашку чая, села на предложенный табурет боком к окну, а Самурай остался стоять у стены напротив. Мне тоже пришлось развернуться, чтобы не выпасть из общей беседы.
– Ты уже поговорила с Матвеем по поводу завтра? – неожиданно спросила у меня мама.
Вот это я попала! И мама, и Самурай очень внимательно смотрели на меня. Я отхлебнула чай, чтобы потянуть немного время и придумать, как выпутаться из этой ситуации.
– Конечно, поговорила. – Боковым зрением я видела, как от этой фразы у упомянутого Матвея глаза полезли на лоб. – Он с радостью готов прогулять школу, чтобы проводить меня на поезд. Но я считаю, – теперь я повернулась к Самураю, – что будет полезнее, если ты мне поможешь потом разобраться с материалом, который вы пройдёте за три дня, пока я буду отсутствовать из-за соревнований.
Тот усмехнулся, покачал головой, но промолчал. Я тоже улыбнулась, довольная тем, что сумела-таки выкрутиться.
– А с чемоданами как быть? – не унималась мама. – Я ведь тоже не смогу проводить тебя к поезду, у меня как раз на десять утра встреча с заказчиком назначена.
Моя улыбка померкла, глаза забегали, а я в ускоренном темпе принялась мысленно перебирать варианты. Мама казалась решительно настроенной и одной на вокзал отпускать меня не собиралась, хотя весь мой багаж – это маленький чемодан и кофр с купальниками. Значит, этот вариант отпадает. Если всё-таки придётся волочить Самурая на вокзал, то «спектакль» выйдет за рамки нашей квартиры. Гимнастки – те ещё сплетницы, даже спрашивать меня ни о чём не будут, сами всё придумают, замучаюсь потом доказывать, что он просто знакомый. Такой вариант тоже не подходит.
Самурай правильно оценил заминку и теперь внимательно следил за моим выражением лица, предвкушая, как я теперь буду выкручиваться.
– Я с отцом договорилась.
Ответ был подобен разорвавшейся бомбе. Почему я сказала в прошедшем времени? Я ведь с ним не разговаривала несколько месяцев! Может, его даже в городе нет… Но даже не это главное. Мама… Я нерешительно взглянула на неё: губы плотно сжаты, между бровей появилась складка.
– Хорошо, – сказала она и отвернулась к окну, чтобы не выдать свои эмоции взглядом.
