– Мам, что это за наряд? – Мне срочно нужно было понять эти сложные правила взрослой жизни.
– А что не так? – удивлённо спросила мама, расчёсывая свои шикарные волосы. Надо же, и косметики на её лице минимум! – Удобно, стильно…
– Ну как-то… слишком просто.
– Не считаю, что есть повод на что-то более сложное.
А, вот оно как! Сегодняшним вечером Анна Александровна решила показать, что не для кого выглядеть шикарно, Серёжа Керн больше не стоит её усилий. В прошлый раз – да, она старалась, так ведь для встречи с заказчиком, а с бывшим мужем увиделась случайно. Хотя почему я опять берусь судить и давать оценку маминым поступкам? Может, она действительно уже отпустила эту ситуацию с отцом? Но ведь никуда не делись её грустные глаза и тихие вздохи, которые, мама думала, я не замечала. Я кивнула её отражению в зеркале, дескать, согласна, повод так себе. Оставалось надеяться, что эта сильная женщина сможет продержаться в своём напускном равнодушии до конца вечера и отец не раскусит её слишком быстро. Для контраста с мамой мне пришлось надевать юбку, и выбор мой пал на длинную плиссированную, из тонкой шерсти цвета «верблюд» (называемый в модных журналах «кэмел») и белый свитер оверсайз с высоким горлом, вполне подходящий комплект для промозглой осени. Оценивая мой выбор, мама скептически заметила:
– Мы же не на улице сидеть собираемся. В ресторанах есть отопление.
Пусть отопление, но мне захотелось. Пора было выходить из детства и пробовать новые образы.
– Мам, согласись, мне идёт, – крутилась я перед зеркалом, – выгляжу как девушка.
– Не знала, что у кого-то возникали сомнения на этот счёт, – усмехнулась она и, увидев мои поджатые губы, примирительно добавила: – Сень, тебе всё идёт.
– Вот не надо теперь, – я решила поиграть в обиду, – знаю я твоё «подлецу всё к лицу».
К нашему приходу отец был уже на месте, ждал возле стойки администратора. Коротко кивнув в знак приветствия, он сам повёл нас к столику в глубине зала, подальше от музыки и шумных компаний. Официант, замыкавший шествие, раздал всем меню, как только мы расселись, и растворился в полумраке зала. Отец, даже не взглянув, отложил его в сторону и пристально посмотрел на меня:
– Мне нужно знать повод сегодняшнего собрания. От этого зависит, что я буду заказывать.
Увидев, что мама тоже смотрит на меня настороженно, я поняла, что с интригами пора заканчивать.
– Я собираюсь поступать на переводчика или любую другую специальность, связанную с английским.
– Английский?! – спросили они хором.
Да почему это всех так удивляет?! Словно я объявляла о желании поступить на факультет ракетно-космической техники в Бауманку.
– Но как же спорт? – растерянно спросила мама.
– Ах, да… – Я, как нашкодивший ребёнок, потупила глаза. Очень не вовремя на меня накатила оторопь, именно теперь, когда нужно дать понять родителям, что я взрослая, решительная и уверенная в своих поступках. Я вскинула голову и чётко сказала: – Я оставила гимнастику, поговорила с Натальей Леонидовной сразу после соревнований. Мне нужно сосредоточиться на учёбе, чтобы поступить…
– Официант, – отец, слушавший до этого молча, поднял руку и быстро надиктовал появившемуся в тот же момент парню: – Двести граммов коньяка и бокал… Аня, тебе красное?
– Тоже коньяк.
– Тогда триста граммов, два бокала. Прямо сейчас. Остальной заказ позже.
Мой взгляд метался между родителями, которые сидели с одинаковыми выражениями лиц: сосредоточенные, задумчивые, озадаченные. Я не выдержала повисшего за столом молчания и с нервной дрожью в голосе спросила:
– Да что за реакция такая? Вы разочарованы?!
– Скорее ошеломлены. – Мама попыталась улыбнуться. – Но это приятная неожиданность.
– Конечно, приятная, – подтвердил папа. – Это же круто, когда твой ребёнок знает, чего хочет в жизни!
После этих слов меня было не удержать. Я отпустила пружину, которая затягивалась внутри последние несколько дней в ожидании нашего семейного совета. На столе, помимо коньяка, появился исписанный мною лист с возможными профессиями, специальностями и университетами. Проштудировав множество сайтов, поговорив с Игорем Петровичем, пришла к заключению, что выбирать для сдачи ЕГЭ, помимо английского, нужно обществознание.
– К истории за год нормально не подготовишься, – объясняла я свой выбор родителям, быстро уплетая только что поданный салат. Мои извинения шеф-повару, но сегодня гастрономические изыски в его исполнении отступали на второй план.
Я отвечала на вопросы, объясняла, активно жестикулируя, и всё чаще ловила на себе любящий и полный гордости взгляд отца. Чувствовала, что ему нравится видеть меня уверенной, воодушевлённой, готовой к новым свершениям. У меня от понимания того, что родители верят в меня, разговаривают со мной на равных, считаясь с моими мнением и желанием, ещё больше загорались глаза.
– Я пробежалась по универам, – я перевернула исписанный лист на другую сторону, – Питер, Казань, Воронеж, местный…
– А почему не Москва? – спросил отец.
– Москва – это дорого.
– Посмотри Москву тоже, – не терпящим отказа тоном сказал он, и мне осталось только кивнуть в знак согласия.
