– Не беспокойтесь, Шалико Иосифович, устрою, – ответил Веселый с искренней улыбкой.
– Когда на охоту катишь? – так же весело промурлыкал Шалико.
– Да жду не дождусь, Шалико Иосифович! Вот дела закончу и полечу на Камчатку – восемнадцатого медведя брать, – снова с душевной улыбкой ответил Веселый.
– Сразу после Днепропетровска не получится, Витя, дорогой. Тут одного Быка, наверное, придется вальнуть. Прилетишь из командировки – свяжешься с Тамазом, – пробурчал Шалико. – По бабам тоже к Тамазу.
– Все понял, Шалико Иосифович, сразу свяжусь, как прилечу! До свиданья, и желаю здравствовать! – попрощался задорно Веселый.
Они пожали друг другу руки и разошлись. Шалико пошел к своим кошечкам, а Веселый – к своим.
Сергей не выходил на улицу уже три дня, сказав Василине и всем, что заболел. У него и правда сильно болела голова и вздулась огромная шишка от свинцовой колотухи Тамаза. Но главная его головная боль была другая. Он совершенно не знал, что делать! Ситуация была катастрофическая. И чем дольше он думал о ней, тем больше становилось понятно, что выход у него только один – ИГРАТЬ! Варна-Како не объявлялся и вряд ли объявится. Благо он уже освоил все нехитрости игры, но как он выигрывал, для него оставалось загадкой. Не было никакого объяснения, никакой логики в его выигрышах. Тем более никакой хитрости и никакой тайны, которую он мог бы разгадать. Просто беспорядочно приходящие в голову цифры или цвет, на которые он ставил, были выигрышными – вот и все! Он пытался анализировать свою игру, сопоставлять происходящие видения и предчувствия, но ничто не говорило ни о чем! Пытался привлечь интуицию и какую-то чушь про подсознание, раскладывая карты на столе, но не угадал ни разу. Все это относилось к нереальной мистике и болтовне о везении, а реально было одно: эти люди выполнят все свои угрозы, невзирая ни на что, и не моргнув глазом.
Василина видела его мучения и чувствовала, что они не от разбитой головы от падения, но помочь ничем не могла. Она не понимала, что происходит с ее мужем. И вот в конце третьего дня она подсела к Сергею на кровать, положив руки на животик, и спросила:
– Сережа, что случилось? Я вижу: что-то случилось, и что-то очень серьезное. Расскажи мне все как есть. И мы вместе попробуем решить, что делать. Если сами не справимся – обратимся к друзьям. У нас ведь много друзей.
Сергей впервые за три дня улыбнулся, но было непонятно – ей или кому-то другому, – и заговорил:
– Он что-то говорил о Боге. Что Бог создал нас такими слабыми потому, что побаивался нашей глупости, жадности, безрассудства, тщеславия и зависти. Про какого-то Змея, хозяина на Древе Жизни, который познал мудрость и научился менять кожу…
Василина испуганно посмотрела на мужа и спросила тихо, прикоснувшись к нему рукой:
– Сережа, кто говорил о Боге? Что с тобой, дорогой?
Сергей, будто очнувшись, удивленно посмотрел на жену и сказал:
– Он мне говорил о Боге.
– Кто, Сереженька? Ты что, в какую-то религиозную секту вступил? – волнуясь, спросила Василина.
Сергей опять удивленно взглянул на Василину и ответил:
– Да не вступал я ни в какую секту! Это мне один тип с неприятным кошачьим голосом – хрипучим таким – говорил о Боге. А как ты себя чувствуешь, Василинка?
– Да я-то нормально себя чувствую. Я за тебя боюсь, Сережка. Ты, видать, сильно ударился, раз сам с собой говоришь. Как ты, милый? – растерянно спросила Василина.
– Да нормально. Голова немного болит, а так нормально, – ответил Сергей. Он будто стряхнул с себя какую-то пелену и видел перед собой очень напуганное лицо жены.
– Правда нормально, Сережа? – спросила Василина и заплакала.
Сергей поднялся, подсел к жене, обнял ее и заговорил с улыбкой:
– Успокойся, моя милая, моя любимая толстушка! Все нормально. Я никогда никому не дам тебя в обиду. Верь мне!
– Я тебе верю, Сережа, и очень тебя люблю. Но я чего-то так испугалась – чего-то очень страшного. И Манечка вон беспокоится – смотри, как ножками колотит! – произнесла Василина, вытирая ладошкой глаза. Сергей положил руку ей на живот и сам чуть не заревел от безысходности. Маленький живой человечек бился в животе жены, заявляя о своем существовании и скором рождении. Так они и сидели, обнявшись и поглаживая живот Василины, успокаивая своего будущего ребенка, пока не зазвонил телефон. Сергей поднялся, взял трубку и сказал:
– Алло.
– Сережа, сынок, у вас все в порядке? – зазвучал голос матери, необычно грустный. – У меня сердце изболелось за тебя! Уже три дня болит. Все собиралась позвонить. – И мама замолчала, всхлипнув.
– Мама, что случилось? – встревожился Сергей.
– Случилось, сынок, случилось! Беда случилась, Сереженька. Сегодня ночью умерла Нина Васильевна. Во сне умерла, от инсульта, – проговорила мать и заплакала.
– Успокойся, мама. Что тут поделаешь – она ведь болела долго, – произнес Сергей, не зная, как успокоить мать.