– И невозможное возможно, – процитировала кого-то Мария Ноевна. И продолжила: – Моя астральная сила Ийэ-кыл пополняется силой этих мест, в частности, силой горы Кысыл-Хая – она хоть не самая высокая, но самая мощная на плато Кыстык, оттого здесь и урочище существует тысячи лет, и писаница самая древняя в Якутии. Вот так это и возможно. А насчет того, что решил издать мои рукописи, – превеликое решение, это мне пригодится впоследствии, а вот жалеть меня не надо. Если бы я сама не захотела, никто бы меня сюда не сослал. Я ведь и на Большой земле интересовалась многим, так что, как сказал другой поэт, «нас не надо жалеть – ведь и мы никого не жалели…», – и Мария Ноевна опять замолчала, покачиваясь в воздухе и улыбаясь. А Сергей смотрел на нее вытаращенными глазами, по-прежнему стоя на коленях, опираясь на карабин и не понимая, спит он или грезит наяву.
Мария Ноевна улыбнулась и снова заговорила:
– Ну хватит лирики – поговорим о деле. Привел тебя сюда твой дух, перешедший от Курмоярова, а в того он вселился еще в Грозном, когда Олег Владимирович был молодым веселым комсомольцем. Этот древний дух ущелий и долин с тобой говорить не может, а я вот могу, так что слушай. Вам с твоим духом грозит смертельная опасность от духа Шалико, перешедшего в него от Веселого, когда тот служил в армии под Тбилиси. Этот тоже древний дух гор почему-то люто ненавидит твоего духа – а как известно, в любом сообществе есть антагонизм и взаимные симпатии и наше сообщество – не исключение. Дух Шалико – очень мощный дух, и вам с ним не справиться. Поэтому вы здесь. Для начала ты со своим спутником-духом должен избавиться от Шалико. Найдете его в итальянской Вероне, в очень живописном местечке в предгорьях Альп, – когда-то давно Шекспир поселил туда своих Ромео и Джульетту. Дух Шалико тоже не лишен тяги к красивому и любит горы – он и спрятал там Шалико. Устранив Шалико, немедленно возвращайтесь сюда, но ни под каким предлогом, ни при каких обстоятельствах не смейте прикасаться к поверженному Шалико или к его добру, иначе дух Зверя вселится в вас, и вам конец! Это, надеюсь, понятно? – Мария Ноевна посмотрела вопросительно на Сергея и продолжила: – Когда по возвращении прилетите в Тикси, найдите там шамана Полигуса – своего бывшего приятеля Колю Якута – и прямиком ко мне. Дух Шалико будет неотступно следовать за вами, и здесь мы с древним стариканом Мэннериком, духом этого урочища, и с шаманом Полигусом попытаемся урезонить этого спятившего, свирепого духа-зверя. Вот, кажется, и все, вопрос исчерпан. – И качающийся силуэт Марии Ноевны снова улыбнулся Сергею.
– А как я вас вижу? Я ведь не должен вас видеть, даже если вы есть, – прошептал Сергей хриплым голосом пересохшего горла.
Мария Ноевна опять улыбнулась и проговорила тихо:
– За это благодари своего духа – ты еще за многое должен его благодарить. А меня поблагодари за то, что я тебя песни надоумила писать. Вижу, мучается парень, страдает – дай, думаю, ему занятие найду по душе, пусть отвлечется. Я ведь когда-то от этой любви тоже настрадалась да намаялась.
Сергей как-то неуверенно произнес: «Спасибо», а Мария Ноевна продолжила:
– По весне уходи в Тикси пешим, не дожидаясь вертолета, – в нем прилетят охотники духа-зверя за вами. Уходи до седьмого мая, пока Оленёк не вскроется. Собаку оставь на берегу. Перейдешь реку в районе горы Утюг, а там по Келимеру до самого истока. Выйдешь на кряж Чекановского, а оттуда по речке Балаганнах спустишься к Лене. Лена вскрывается позже Оленькá, четырнадцатого мая. Перейдешь ее, подымешься и пересечешь Хараулахский хребет строго на север и выйдешь в Тикси. Дальше сам, – и Мария Ноевна замолчала, глядя на Сергея без улыбки.
Сергей мотнул головой, оперся на карабин двумя руками и попытался подняться с затекших колен, но не смог.
– Да, вот еще что, – опять улыбнувшись, проговорила Мария Ноевна. – Завтра ты взойдешь на вершину горы и найдешь там тригопункт – такое дурацкое треугольное сооружение, геодезический пункт, носитель координат, – и посиди там часик-другой. Пусть твой дух ущелий и долин с Кавказа зарядится местной энергией. Я ведь говорила уже, что Кысыл-Хая – гора не простая, и знаешь, что еще? Ты бы положил по пути часики-то в гроб, а то ведь народ наш, святой и наивный, страсть как любит блестящие вещицы – прямо как сороки-вороны! Договорились?
Сергей в знак согласия опять мотнул головой, и Мария Ноевна медленно растворилась в воздухе, как туман над речкой, а Сергей рухнул на коврик-пенку и тут же уснул мертвецким сном.