Теперь твой папа будет жить со своей семьей, с его матерью и сестрами и с их детьми. Они будут за ним ухаживать, и ему будет хорошо. Мне очень жаль, что с учебой у тебя пока не сложилось, но не думай, пожалуйста, что это только твоя вина и что ты никуда не годишься. Ты молод, а уехать в такую даль и добиться там успеха — непростое дело. Но ты не должен опускать руки. Я знаю, что ты будешь стараться и дальше, а когда выполнишь свои планы, вернешься к нам. Еще мне было больно услышать, что ты сказал своему дяде недобрые вещи обо мне. Не понимаю, чем я такое заслужила!
Я написал:
Дорогая мама, он лжет. Я не сказал о тебе ничего дурного. Я только спросил, не поставили ли тебя в безвыходное положение.
Этот листок остался в моем блокноте.
Моя комната была в доме самой маленькой: кровать, узкая откидная полка под мансардным окошком и лоскуток пола между ними. Я мог дотянуться до всего, не вставая с постели. Мне сразу понравилось, что обои чистые и окно открывается легко. Оно выходило на маленький мощеный дворик с вялыми растениями в горшках и ржавой садовой жаровней, которой явно уже давно не пользовались. Окно в доме напротив смотрело прямо в мое, и до него было всего метра три-четыре. Я решил, что вдобавок к жалюзи мне понадобится занавеска, хотя бы от раннего утреннего солнца. Душ с туалетом находились внизу — мрамором не сверкали, но сносные.
Мистер Мгени называл свои владения Домом ОАЕ — Организации африканского единства, потому что все его жильцы были из Африки: Алекс из Нигерии, Мэнни, двоюродный брат Махмуда, из Сьерра-Леоне, а Питер из Южно-Африканской Республики. Мистер Мгени познакомил меня с ними прямо в то воскресное утро, когда я переехал. Питер держался развязнее всех остальных, если не сказать наглее, зато был самым искушенным, и все вопросы по житейской части задавались ему. Когда мистер Мгени пошутил насчет Дома ОАЕ, Питер сказал:
— Для меня ОАЕ звучит как название мутной кредитной компании или банка для отмывания денег.
— А что значит отмывание денег? — спросил мистер Мгени.
— Это когда преступные доходы превращают в легальный капитал, — ответил Питер и рассказал про выставление завышенных счетов, вклады в офшорных банках, фиктивные сделки с недвижимостью, расчеты наличными и бесчисленные варианты этих уловок. — Все международные преступники, включая наших орлов из ОАЕ, должны применять эти методы, или нанимать тех, кто в них разбирается, или использовать их как часть сделок с крупными глобальными компаниями, когда они обсуждают свой бакшиш, иначе им придется держать свои грязные деньги под подушкой — ведь если они попробуют потратить их за пределами своих вонючих дворов, то могут угодить под суд.
— Откуда ты все это знаешь? — с восхищением спросил мистер Мгени.
Со временем я стал понимать, что мы, все четверо, ведем довольно бестолковую жизнь: работаем допоздна, маемся с долгами и мечтаем об успехе. При нашей первой встрече я так не думал. Мои новые соседи показались мне спокойными и уравновешенными — типичными обитателями мегаполиса, тогда как сам я по-прежнему чувствовал себя приезжим из маленького городка, который до сих пор путается в адресах и направлениях, хотя изо всех сил старался это скрыть.
