День был долгий и жаркий, но, когда мы вышли из кафе, с моря потянуло прохладным ветерком. В дверях я поймал взгляд Марка и заметил в его глазах усмешку. Мы пошли пешком, так как вечер выдался хороший, а идти до ее дома на Фаунтин-роуд было всего минут двадцать. Ее лицо светилось от высохшего пота, а глаза сверкали весельем и возбуждением. Как выглядел я, не знаю. Уже в начале пути она взяла меня за руку, а когда мы повернули на Фаунтин-роуд, остановилась на тротуаре и поцеловала меня, раскрыв мягкие губы для моего языка. Ее квартира была на третьем этаже, и она широким жестом пригласила меня внутрь. На улице еще не стемнело, и свет через большое окно лился в гостиную. Кровать стояла в нише за углом, Энни пошла туда, я — за ней. Карбонару она в тот вечер так и не приготовила; вместо этого мы несколько часов провели в постели. Это не было похоже на первый раз, потому что в нужные моменты интуиция заменяла мне опыт. К тому же Энни знала, чего она хочет, и заставляла мои руки и рот исполнять ее желания. Потом она приникла ко мне, и мы долго лежали рядом, время от времени соприкасаясь губами в томных ленивых поцелуях.
Когда за окном наконец сгустилась тьма, я потерял всякое чувство времени, но спать нам обоим почему-то не хотелось, и между ласками я вдруг заговорил с такой свободой, какой раньше не знал. Может быть, это всегда как в первый раз. Не знаю, все ли сказанное мной было правдой, но моя речь текла удивительно легко. Энни поглаживала меня и повторяла снова и снова: «Ты так прекрасен!» Я? Должно быть, в какой-то момент мы заснули, потому что внезапно я очнулся в ранних утренних лучах и вспомнил, где я. Энни крепко спала, лежа на боку лицом ко мне и тихо дыша. При воспоминании о минувшей ночи я улыбнулся с невероятным удовольствием, и по ее губам, кажется, тоже скользнула слабая улыбка.
Наверное, потом я заснул опять, потому что проснулся гораздо позже оттого, что Энни положила ладонь мне на щеку. Было начало девятого, и в кафе я уже опоздал. Быстро ополоснувшись в крошечной душевой и жалея, что согласился работать без выходных, я торопливо поцеловал Энни и кинулся вниз по лестнице. «После работы сразу назад, — успела крикнуть она. — Мы все-таки приготовим карбонару!» Я опоздал на час, и в кафе уже было полно народу: одни расправлялись с основательным воскресным завтраком, другие спокойно потягивали кофе и листали газеты за уличными столиками. Марк не хотел встречаться со мной взглядом, но я был так воодушевлен, что почти не обратил на это внимания. Когда настало время все-таки меня заметить, он очень выразительно посмотрел на свои часы и сказал: «Дрючка есть дрючка, а дело есть дело».
По воскресеньям кафе работало только до полудня. Освободившись и зайдя на Чёрч-роуд в поисках зубной щетки, я обнаружил, что не спешу возвращаться на Фаунтин-роуд. Мешала какая-то смутная тревога. Мне чудилось, будто я что-то упустил и эту ошибку надо поскорее исправить. Когда я шагал в то воскресное утро по Чёрч-роуд, меня охватила горькая тоска, пронзило чувство вины перед мамой и папой, чья жизнь сложилась так печально. Ночь с Энни была роскошью, которую я не имел права себе позволить. Отогнав от себя эту мысль, я свернул на ближайшую улицу, ведущую к ее дому. Она впустила меня, едва услышав по домофону мой голос. Не прошло и получаса, как спагетти карбонара были готовы, и мы принялись за них, сидя у большого открытого окна с тарелками на коленях.
Потом мы снова легли в постель, и довольно долго казалось, что наши неторопливые ласки могут тянуться до бесконечности, но на это у нас, конечно, не было сил, и в конце концов Энни разъяснила мне ситуацию. Она сказала все что надо без сантиментов и попыток оправдаться, как женщина, уверенная в себе и умеющая позаботиться о своих нуждах.
— Мой парень работает на пароме. Дэвид. У него рейс из Портсмута в Сантандер, так что он возвращается в понедельник утром. Раньше он ходил из Портсмута в Кан, ночным рейсом, и возвращался на следующий день. Я тогда работала в ресторане на том же корабле, там мы и познакомились. Какое-то время мне нравилось на пароме — все по-другому, интересно, особый шик, необычный режим, куча новых знакомых каждый день, но потом это оказалось не для меня. Я не могла привыкнуть работать чуть ли не до утра, а когда я уставала, в море меня еще и мутило. Короче, когда я в понедельник пришла в кафе…
— Неужели это было всего неделю назад? Мне кажется, что я знаком с тобой дольше, — сказал я и получил за свое вмешательство парочку дополнительных поцелуев.
— Короче говоря, я знала, что все выходные Дэвида не будет, — продолжала она, заранее улыбаясь, — вот и решила поразвлечься, пока его нет. Люблю иногда устраивать такое, если подворачивается шанс. Ты же заметил, как ты мне нравишься? Может, я вела себя слишком откровенно?
— По-моему, ты была очень благоразумна, — сказал я.
