– Всегда рад помочь нашему доблестному уголовному розыску, – произнес Константин Владимирович, подавив вздох облегчения.
Оставшись в одиночестве, Иван Максимов вытащил из сейфа толстую папку с материалами уголовного дела Николая Кобзаря. За последний месяц она потолстела на несколько десятков страниц. Безо всякого преувеличения, банда Рыжего являлась одной из самых жестоких в военные годы. Удивлял разнородный список преступников: вместе с закоренелыми уголовниками были студенты, рабочие, служащие, считавшиеся до недавнего времени вполне добропорядочными гражданами. Между ними не было ничего общего, кроме главаря, объединявшего столь разных людей в одно преступное сообщество. Нужно быть действительно незаурядной личностью, чтобы сплотить вокруг себя столь разнородный коллектив в единое целое.
Итак, что представляет собой Рыжий?
По данным военной контрразведки, Николай Кобзарь обучался в Варшавской разведшколе. Имеет какое-то важное задание от разведцентра, о котором можно только догадываться. Связь с абвером держит через связников. По характеру дерзкий, жестокий. В банде установил железную дисциплину, мало чем отличающуюся от армейской. Великолепно обучен правилам конспирации, иначе бы уже давно определили его место проживания и арестовали. Безрассудная дерзость сочетается почти со звериной осторожностью – чувствует опасность едва ли не кожей.
Именно такого зверюгу следовало выследить и обезвредить. Единственной ниточкой, которая могла привести следствие к Рыжему, оставалась эта таинственная Маруся. За ней следовало установить круглосуточное наблюдение.
Доложив старшему майору Рудину о результатах следствия, Максимов вызвал к себе оперативников:
– Мы должны знать об этой Марусе все, что только возможно. Кто она такая, чем занимается? Как сошлась с Кобзарем? Как часто они встречаются? Когда впервые он к ней заявился? Ненавязчиво расспросите о ней соседей и ее знакомых. Проявлять предельную осторожность: если Рыжий почувствует что-то подозрительное, то он больше у нее не появится. А теперь за работу!
Через три дня были получены первые результаты, которые тотчас легли на стол капитану Максимову. От прочитанного сделалось не по себе, стало трудно дышать. Распахнув окно, Иван впустил в кабинет порцию колючего зимнего воздуха. Небо выглядело серым. Только ближе к горизонту длинное белесое облако свернулось в тугую петлю.
Отдышавшись, Максимов закрыл окно и вызвал к себе сержанта Метелкина, собиравшего материалы о подруге Кобзаря, и, когда тот сел на стул, спросил:
– Ты видел эту женщину?
– Видел. Не хочу сказать, что писаная красавица, но женщина очень даже симпатичная.
– А теперь расскажи мне все поподробнее.
– Живет она на Маросейке. В квартире ее я не был, но, если судить по зданию, в котором она находится, должна быть очень большой! Я хочу сказать, товарищ капитан, что не все в порядке с этой дамочкой.
– Что ты имеешь в виду?
– Везде представляется как Маруся, а имя носит немецкое – Варлена.
– Что не все в порядке, соглашусь, – хмуро обронил Иван Максимов. – А вот по поводу имени могу возразить. Имя Варлена происходит от сокращения слов «великая армия Ленина». Такими именами называли детей после восемнадцатого года… Сейчас мода на имена поменялась… Рассказывай дальше.
– Я тут поговорил с соседями, они утверждают, что незадолго до войны она вышла замуж. Сначала жила у мужа, а недавно переехала в квартиру, доставшуюся ей от бабки. Есть малолетний сын. Отец у нее из старых большевиков, был арестован в тридцать седьмом. Осудили по 58-й статье на десять лет без права переписки. С тех пор от него ни слуху ни духу. Спрашивал и о муже. Но кто он, никто не знает, одна из соседок сказала, что видела ее как-то с мужем. Говорит, что выглядел он очень представительно. Высокий, широкоплечий. Скорее всего, с мужем она больше не проживает, потому что когда она поселилась в квартире своей бабки, то к ней стал захаживать какой-то другой мужчина. Предположили, с мужем она разошлась. За эти несколько дней, что мы наблюдали за ней, никто к ней не наведывался.
– Она куда-нибудь отлучалась?
– Карточки ходила отоваривать. Потом один раз к школьной подруге заглянула, а так в основном дома сидела. Товарищ капитан, разрешите я с ней поговорю. Ох, непростая она бабенка, – покачал он головой.
– Не нужно, я с ней сам поговорю, – ответил Максимов. – Наблюдение продолжать, но действовать следует крайне деликатно и не забывать, что она единственная ниточка к Кобзарю.
