Ангел совершено потерял контроль и пугающе быстро схватывал все, что до него стремились донести в отношении физической близости. Пальцы его вцепились в шею мальчишки, он не прекращал его целовать, а Том довольно улыбался своей маленькой шутке. Заводить этого парня доставляло ему несказанное удовольствие, от которого его самого начинало колотить. С этой мыслью Том схватил своего Хранителя под задницу и заставил его закинуть ноги себе на бедра, мощным кольцом обвив руки вокруг его талии. Сметая на своем пути все, что еще осталось стоять после драки, они оба ввалились в комнату и со всей мощью рухнули в мягкую темноту.
Everything will change.
Nothing stays the same.
And nobody here’s perfect.
So, you’re in my veins
And I cannot get you out
And you’re all I taste
At night inside of my mouth
(Andrew Belle – In My Veins)
— Ты когда-нибудь делаешь не так, как ты хочешь? — прохрипел Билл срывающимся нетвердым голосом, падая на кровать. — Я должен сохранять трезвость ума и охранять тебя, Том. Боже, почему ты такой горячий…
— Но я же сейчас ближе, чем можно представить... — донесся до Ангела такой же сбивчивый и хриплый ответ. — Не вижу причин возмущаться в данном случае.
Том прижимал Билла к постели, набрасываясь на него со всех сторон, как вампир. Ангел закатывался и дрожал, прикрывая веки. Он еле слышно застонал от его слов, пробормотав что-то невнятное и нечленораздельное.
— Это не добавляет мне ясности ума, — вот что расслышал Том.
От этих слов парень тихо засмеялся, продолжая ненасытные поцелуи.
— Как будто из нас двоих я один в этой лодке. Я знаю,что ты хочешь этого. Прости, Билл, ты плохо это скрываешь...
Ангел схватил его за шею и притянул к себе.
— Я хочу тебя больше, чем хотел чего-либо в своей жизни, — послушно прошептал он. — У меня горит все тело, — он заставил Тома смотреть себе в глаза. — Я хочу сорвать с тебя всю одежду. Я хочу целовать тебя, пока ты не потеряешь сознание. Я хочу все, что связано с тобой.
Том вспомнил весь известный мат за один момент, пока его Ангел произносил эти слова, в очередной раз усомнившись в Райской сущности этого создания.
Билл дрожал от возбуждения, а Том еле слышно шептал что-то и целовал его, не давая им обоим продолжать этот разговор. Все мысли уходили прямо сейчас на задний план: и мысли Ангела о собственном чувстве долга, и мысли Тома о разнице в их Вселенных. Если настал их последний день, он хотел просто взять Билла за руку и пройти его вместе. Их поцелуй продолжался долго, до тех пор пока оба не начали испытывать проблемы с дыханием. Лунный свет разливался по их обнаженным телам, накрывая Ангела и человека серебристым одеялом. Они старались перехватить инициативу — Билл обхватил ладонями голову Тома, ласково перебирая его дреды и получая в ответ на это самые горячие, самые нужные ему объятия. Их окружила только бархатная темнота и тишина, в которой они остались вдвоем — одни друг для друга. Бесконечно сталкиваясь языками, обхватывая губами губы друг друга, пока те не занемели от постоянного движения, двое парней не могли получить достаточно. Наконец юный смертный чуть на секунду оторвался, заставляя Билла тихо застонать от разочарования. Том взялся за шнурок со свистком, висящий на шее Хранителя, и потянул его на себя. Сегодня он не собирался вспоминать о том, что их время могло кончиться, о Демонах или прочей подобной гадости. Он просто хотел его. Билл проводил сорванный с его шеи предмет взглядом. Он собирался было его поймать, но Том не позволил ему сделать это.
— Убери эту хренотень. Я хочу быть с тобой, — прошептал мальчишка прямо в его ухо. — Но безо всей этой демонологии и мракобесия.
— Это очень опасно, Том! — с сожалением констатировал Ангел. Даже в темноте его глаза оставались пронзительными.
— Ничего не случится. Просто отключи голову, хорошо? Мне нужен только ты.
Вильгельм тяжело вздохнул.
— Ты невыносимый. Самое несносное создание, которое я встречал за всю свою вечность...
