– Не стоит давить на сэра Курта, инспектор! – взял слово до сих пор молчавший адвокат. – Хочу напомнить, что мой клиент дает добровольные показания вслед за своим другом мистером Робертом Харли.
– Прошу прощения, милорд, – Слайт недовольно крякнул, но был вынужден сдержать нетерпение.
Мак-Феникс холодно кивнул, принимая извинения:
– Итак, в тот вечер я ставил эксперимент.
– Эксперимент? – заинтересовался Гаррисон, которому никто пока рот не затыкал.
Вместо ответа Мак-Феникс снял пиджак и закатал рукав рубашки до локтя.
И я все понял. Забыв про этикет и все придворные расшаркивания, я вскочил на ноги:
– Ты ввел себе дозу препарата! Сам! Ты чуть не сдох ради своих дурацких научных изысканий!
– Сядь! – вне себя от ярости рявкнул Курт, и Слайт неожиданно его поддержал:
– В самом деле, доктор Патерсон, вы же не в пабе в компании собутыльников. Это официальная встреча, ведите себя соответственно ситуации!
Увы, любопытство оказалось сильнее обиды. Каюсь, мои читатели, я проглотил этот урок хороших манер, не вспылил, не хлопнул дверью, а покорно вернулся в свое кресло.
Пока Мак-Феникс старательно отрабатывал дыхательные упражнения, слово взял Ли Гаррисон:
– Что ж, милорд, я могу вас понять. Как автору препарата мирового значения вам, безусловно, хотелось знать как можно больше о своем открытии, а что может точнее раскрыть действие лекарства, если не личный опыт?
– Совершенно верно, профессор. Я и раньше испытывал «Феникс», в тот же вечер наметил особый эксперимент. Я решил выяснить, как влияют на организм внешние раздражители: громкие звуки, интенсивное движение, перегрев тела. Все это можно было отыскать на дискотеке, поэтому я направился в Министри оф Саунд.
– Вы сильно рисковали, ваша светлость.
– Разумеется, профессор, и я отдавал себе в этом отчет. Начальная доза была невелика, и со мной был охранник. А в пабе напротив дежурил Харли. Он не выносит дискотек, но Роберту я доверяю как себе, и потому снабдил его шприцом с противоядием.
– Есть и такое?
Мак-Феникс криво усмехнулся и, сняв очки, потер переносицу.
– Эге, милорд, вам нужен отдых! – тотчас подскочил профессор Гаррисон, и я его поддержал, уж я-то точно знал, как утренняя ссора ударила по Мак-Фениксу, а ведь была еще бессонная ночь и беспокойство за Харли. – Джентльмены, предлагаю прервать нашу встречу и продолжить ее завтра. Так, я вижу, инспектор «за»! Милорд?
– Нет! – отрезал Курт. – Продолжим. Я ввел себе малую дозу препарата, выпил, пошел танцевать. И у меня на шее повисла Софи Даньер, умоляя дать ей последний шанс. Я согласился и пошел с ней, я решил, что секс сам по себе хорошая нагрузка и стоит рискнуть. Тогда-то мне и ввели вторую дозу, оказавшуюся смертельной.
– Что ж. Если предположить, что Даньер и Коннерт организовали покушение на вашу светлость, а до этого девушка обманным путем получила препарат у мистера Харли, можно сделать вывод: художница знала, с чем имеет дело. И была ознакомлена со свойствами «Феникса». Мистер Харли сознался в краже образцов?
– Так вот откуда ваша навязчивая идея, – фыркнул лорд. – Разумеется, нет. Зачем Роберту красть у меня образцы?
– Сэр Курт!
– Инспектор! Я сделал препарат для Харли, поймите это, наконец! Если утрировать – только для Харли. У него был запас «Феникса», я готов вернуться в лабораторию и повторить эксперимент в случае рецидива. Так что вы взяли ложный след.
– Ладно, – без энтузиазма согласился инспектор, – пусть так, предположим, что вы правы и мистер Харли ничего не крал. Но логично также допустить, что сообщники рассчитывали на побочный эффект препарата. И, судя по дальнейшим поступкам Даньер, добились определенного успеха.
Вкратце Слайт пересказал Мак-Фениксу все, что узнал о переговорах Даньер, и с оттенком безнадежности уточнил, не встречалась ли она с Робертом Харли. Курт опять задумался; я прислушался к его дыханию и поздравил себя с очередным маленьким успехом: лорд не контролировал сейчас свое состояние, погруженный в раздумья, а легкие работали на автомате, выстраивая четкую – любо-дорого послушать! – канву вдохов и выдохов. Работать на подавление гнева становилось полезной привычкой Мак-Феникса. Наконец лорд сделал знак рукой адвокату.
Мистер Эдвардс откашлялся и официально сообщил, обращаясь к Слайту:
– Милорду удалось вспомнить, что в тот вечер, находясь под действием наркотика, в невменяемом состоянии он подписал какие-то бумаги.
– Что? – в один голос вскричали мы со Слайтом, вскакивая с мест.
– Милорд также вспомнил, что мадемуазель Даньер и мистер Коннерт свидетельствовали каждый лист двойной подписью.
– Нда, – Фрэнк забыл, что находится на «официальном» приеме и забегал из угла в угол, точно в своем любимом кабинете, провожаемый мрачными взглядами охраны. – Вот это поворот!
– Милорд обращается в Скотланд-Ярд с официальным заявлением о насилии над личностью и с просьбой о помощи в…
