При имени Роберта Харли Слайт оживился, и я понял, что инспектор вновь обрел подозреваемого и почву под ногами:
– Ты виделся сегодня с этим гением?
– О да! – нарочито важно кивнул я, изучая сбитые костяшки пальцев.
В красках, но стараясь не упускать подробностей, я пересказал Слайту события сегодняшнего утра. Имя «Сандра» заинтересовало инспектора до предела. Сандра Тайлер была самой первой жертвой маньяка, ее считали единственной любовью Мак-Феникса, после ее гибели лорд окончательно замкнулся в себе, и вот сегодня Курт заговорил о мести за Сандру.
– Знаешь, док, а ведь дважды я слышал одну странную теорию, правда, источники информации были слабоваты – не слишком близкая подруга миледи да мисс Тресси, служившая у леди Тайлер горничной. Так вот, они мне рассказали, каждая по-своему, что лорд хотел жениться на Сандре Тайлер, но расстался с ней из-за Роберта Харли. Отсюда начинались расхождения: подруга уверяла, что негодяй Харли наплел Мак-Фениксу с три короба о загулах его невесты, а горничная побожилась, что хозяйка пыталась раскрыть милорду глаза на истинную сущность негодяя Харли. Как бы то ни было, Сандра Тайлер и Мак-Феникс расстались накануне свадьбы, милорд отплыл на яхте в синие дали, а вскоре после его возвращения миледи убили. Тем самым ножом, что он ей подарил. – Слайт помолчал, уткнувшись в пустой стаканчик, гулко выдохнул: – Джеймс, мне не дает покоя его рассказ о втором ноже.
– Мне тоже, Фрэнк. Немного странно для маньяка. Получается, что леди Тайлер убили тем, что подвернулось под руку, ножом, валявшимся на столе. Потом от оружия избавились. И только спустя время решили еще немного поразвлечься, так? Некто выкрал новый нож и стал имитировать серийность и манию.
– Вот-вот. Ты, кстати, оказался совершенно прав: их всех убили в полнолуние. Стыдно признавать, но факт: кто-то играет с нами, старательно копируя дешевые комиксы.
– Ну, – вступился я за убийцу, – может, он просто поклонник Брема Стокера? Начитался на ночь глядя и… – Тут я замолчал; перед глазами отчетливо встал Роберт Харли в образе Дракулы, и мне стало не по себе.
Слайт точно прочел мои мысли:
– Тебе не стоит оставаться в этом доме, Джеймс, однажды я по-крупному подставил тебя, но больше не позволю рисковать. Давай предоставим вампирам самим разбираться в своих кровавых делах; они друг друга перебьют – и слава Богу.
– И это говорит инспектор Скотланд-Ярда, – укорил я старину Фрэнка. – Теперь я понимаю, на чем основывается ваша борьба с экстремистами: вы их стравливаете и подзуживаете из-за угла, чтоб не отлынивали от драки!
Слайт воровато оглянулся и прижал палец к губам:
– Тсс! – с хитрой улыбкой прошептал он. – Только никому не разболтай, это государственная тайна!
Довольные нехитрой шуткой, мы рассмеялись и отправились на прогулку по парку, пользуясь тем, что небо, следуя переменчивой лондонской традиции, вдруг просветлело и запестрело синими лоскутами.
– Что с Софи Даньер? – спросил я, прыгая по дорожкам через лужи.
Слайт, посчитавший такие упражнения не слишком подходящими для своей комплекции, пошел в обход, обдумывая мой невразумительный вопрос.
– Мертва, – флегматично ответил он, старательно глядя под ноги. – Джеймс, я же понимаю, что ты сдашь милорду всю информацию, и не собираюсь вот так запросто ее сливать!
– Тебе не стыдно? – спросил я, прилагая усилия, чтобы не разобидеться.
– Ну, извини, – буркнул Фрэнк. – Только вот что я скажу, дружище: странные у вас отношения, непонятные простому обывателю вроде меня.
– У нас с тобой отношения тоже непростые.
– Ерунда! Все было просто: мы друзья и коллеги, ходим друг к другу в гости, ты мне помогаешь в расследованиях, моя жена берет рецепты выпечки у миссис Флиттл. Все было просто, Патерсон, пока ты не связался с Мак-Фениксом!
– Пока ты не связал меня с Мак-Фениксом, Френсис Слайт, – вспылил я. – Это ведь твоя гениальная идея! Его мог взять под присмотр Лимсби, наверняка бы взял и маялся с этим подарком, но нет! Тебе приспичило, ты разглядел в Мак-Фениксе маньяка!
Мы помолчали, сердито шагая по аллее и не глядя друг на друга.
– Вот что я скажу тебе, дружище, – уже спокойнее передразнил я Фрэнка, – ты окунул меня по самые уши в такое дерьмо, что мне, пожалуй, уже не отмыться. Так будь добр не морщиться, оказавшись рядом, и не вопи удивленно: «Чем это так воняет?»
– Брось все, Джеймс! – глухо попросил Слайт. – К черту, к черту маньяка и мои подозрения! Пошли ты лорда на хер, пусть катится, куда хочет, а ты уезжай. Я понимаю, не дурак: если ты останешься в стране, он тебе продыху не даст, но если плюнуть и уехать за границу, Патерсон, в Европу или в Америку? Вызовешь туда свою Мериен, пусть порадует Голливуд.
– Предлагаешь бежать? – грустно покачал я головой. – Поздно. Да и не хочу я в Штаты, я тебе нужен здесь, кто ж тебе поможет, если не я, не так ли, старина?
