Следующие дни агония была заглушена алкоголем. Он пил до беспамятства каждый вечер после тренировок. Ему было плевать на режим, на тренера, на всех. Его телефон разрывался: звонили сестры, мать, журналисты. В интернете кипели его фанаты, споря, поливая грязью его жену. Общественность была взорвана, как и его душа. Сил не было кому-то что-то объяснять, особенно родным. Он просто отключился, забываясь в работе, сексе и алкоголе. Он игнорировал все вопросы, касательно личной жизни, хоть и понимал, что своими изменами только подтверждает, что жена ему грязно наставила рога. Впрочем, какое ему уже дело, что подумают люди, если она и в самом деле оказалась шлюхой? Маркус нивно полагал, что испытал весь спектр боли и горечи, но его ждал огромный «сюрприз»…
Этот день начинался особенно: игра с «Тоттенхемом» – событие значимое, к которому они упорно готовились. Точнее, готовилась вся команда, а Маркус впервые «ехал на статусе», но все относились к этому с пониманием, что было для него унизительным. Жалость была невыносима, а все считал чуть ли не своим долгом поддержать его, унижая Анну. Забывая, что она по-прежнему его жена.
«Тоттенхем» был разбит в пух и прах, эта была напряженная игра, болельщики ликовали, эмоции зашкаливали. Маркус же ничего не чувствовал, взгляд скользил по ее месту на трибуне, которое сегодня пустовало, наполняя его такой же пустотой. Присутствие Селены раздражало, хоть он и не скрывал наличие любовницы, все же сейчас эта ничем неприкрытая правда вызывала омерзение. Он не снимал маску: лицо было невозмутимо, улыбка натянута, взгляд холодный. Принимал поздравления, жал руки, не замечая ничего вокруг. Он даже не понял, как приехал на вечеринку по случаю победы, но, когда подошел тренер, наконец, очнулся.
– Маркус, ты в порядке? – пытливо посмотрел на него Алек.
Маркус кивнул, поднимая бокал с виски.
– Крепись, сынок! – похлопал его по плечу тренер и отошел. За понимание и постоянную, ненавязчивую поддержку, Маркус очень уважал этого человека.
Весь вечер он пил, впрочем, как и многие. Когда собравшиеся как-то взволнованно зашептались, он не сразу обратил на это внимание, пока не наткнулся взглядом на Анну, разговаривающую с Сэмом Роджерсом. Сердце пропустило удар. На ней был невероятный наряд, который ничего не скрывал: зеленое боди, расшитое камнями, босоножки на высоких каблуках. Все мужики пускали слюни, пожирая ее похотливыми взглядами. Он и сам почувствовал дискомфорт в штанах, а потом ярость заклокотала в груди. Анна же продолжала о чем-то горячо спорить с Роджерсом, не замечая его.
– Сэм, – обратился Маркус к нему. Как только он подошел, Анна замолчала и теперь с вызовом смотрела на него. – Извини, но мне нужно поговорить со своей женой.
– Конечно, присматривай за ней, – недвусмысленно подмигнул тот.
Маркуса едва не перекосило от бешенства. Схватив ее под локоть, сжал и повед на террасу, чувствуя, что за ними все наблюдают. Когда они оказались на улице, Анна вырвала руку и посмотрела ему в глаза. Она была пьяна.
– Что ты здесь делаешь, мать твою? – вскричал он, больше не сдерживаясь.
– Наблюдаю за самками, вьющимися вокруг кобеля! Скольких из них ты трахнул за этот месяц? – иронично процедила она.
– Достаточно, чтобы компенсировать два года, самого беспонтового секса в моей жизни.
–Ой, бедненький, так скучно было, что у тебя даже сейчас стоит на такую беспонтовщину, как я, – язвительно пропела она и положила руку на его пах, после чего довольно хмыкнула. А ему захотелось ее ударить.
– Ты сейчас же собираешься и едешь домой, поняла меня? И если еще раз ты наденешь нечто подобное, то пожалеешь! – прорычал он в ответ.
Однако его угроза не произвела на нее никакого впечатления, лишь вызвала насмешку.
– И не подумаю! А это, – указала она на одежду, – как нельзя лучше подчеркивает мой статус в твоих глазах, разве нет?
– Я все тебе сказал. Если через пять минут ты не уберешься, то лучше бы тебе вообще не появлятсья на этот свет!
После этих слов, он вернулся на вечеринку, игнорируя любопытные взгляды. Он был уверен, что она послушается, она всегда слушалась! Но этого не произошло, и он, скрипя зубами, чувствуя, как ревность захлестывает его, следил за тем, как жена продолжает что-то выяснять с Роджерсом. Их разговор перетек в какую-то ссору, Маркус ничего не понимал, но решил вмешаться, а потом словно получил удар под дых.
– То, что было между нами, дорогуша, уже закончилось. И не втягивай меня в это, – процедил Роджерс.
– Что? – вскричал Маркус.
Анна же застыла на месте, пригвожденная его яростным взглядом.
– Это неправда! – прошептала она.
– Мне жаль, Маркус, но твоя жена еще давно, в самую первую нашу встречу, предлагала мне интим, я долго… – ублюдок не успел ничего сказать. Маркус резко ударил его в челюсть, отправляя в нокаут, и не успокоился, ногами добивая лежащего перед ним мужчину, не замечая криков паники, сбрасывая с себя пытающихся вмешаться мужчин. Он бил со всей силы, разбивая костяшки пальцев в кровь, выплескивая всю свою ненависть и боль.
– Маркус, пожалуйста, прекрати! – услышал он ее истеричный крик.
