…я прижал Рафа к земле, прикрыл своим телом, когда, ухнув с высоты, громада спасательного МИ-6 стала опускаться ниже в ущелье. Поднятая лопастями волна грязи понеслась в разные стороны, покрывая мое лицо пылью. Я уже почти не чувствовал ног, когда вынес его сюда, долго растаскивал камни, освобождая место. Молился про себя, чтобы спасатели не прошли мимо, разглядели нас. Одурев от страха, я даже выпустил единственную нашу ракетницу, которая уныло всхлипнула в ярком небе. Услышав грохот винтов низко летящего вертолета, я выбежал и начал дрыгаться, и продолжал подпрыгивать, хотя мне уже махнули рукой – я видел, как пилот оглянулся и крикнул что-то в салон вертолета. Аккуратно пробуя землю, вертолет опустился, и из него высыпались люди. Они мимоходом приобняли меня, ощупали и побежали к спальнику, вытащив короткие носилки из нутра вертолета.
Они двигались как один человек. Слаженно, быстро, уверенно. Я же суетился, не зная, чем помочь, носился между ними и вертолетом, что-то бессвязно рассказывая. Меня схватили за плечо, засунули в огромную машину и посадили на пол. Я пытался что-то сказать, но Рафаэля уже вытащили из спальника, кто-то осматривал его, щупал, резал засохшие на руке бинты. Меня толкнули на сиденье и пристегнули, я успел подумать, что придется идти обратно за снаряжением, но не мог оторваться от Рафа. Он стонал, когда хватали его руку, вырывался в забытьи, но сильные люди прижали его, ввели иглу и он обмяк. Грубые и серьезные лица спасателей были спокойны и эта уверенная сила перетекала в меня, говоря, что теперь все будет хорошо.
Флешбэки преследуют меня. Я сижу на пирсе Санта-Моники, расставив волосатые ноги, и жадно ем суп, черпая его ложкой прямо из огромного черного хлеба – так тут подают новоанглийский чаудер. Я здесь далеко не впервые и точно знаю, что мне хватит одной порции. Обожравшись, я растекаюсь по стулу и лениво наблюдаю толпы разноцветных туристов. Омут многоголосой толпы мешает мне думать. Я медленно встаю и иду на окраину пирса, поглядеть, как солнце опять утонет в вечернем океане, напоследок яростно плеснув оранжевым. Я облокачиваюсь на перила, прижимаясь локтями к теплому, прогретому за день металлу. Подставляю небритое лицо горячим еще лучам и проваливаюсь в памяти на двадцать пять лет назад…
Как говорится, все нормальные люди жили в Гаджиево. Так говорится всеми, кто жил в Гаджиево. Этот прекрасный город населением тысяч десять человек находится ну очень далеко, в районе Полярного круга. Вы наверняка знаете эти благодатные места: там сопки и карликовые березы – такие деревца, которые выглядят как палка, вставленная в землю – ну и, конечно, Полярный день с Полярной ночью. Замечательные места, чтобы провести свой отпуск. Рекомендую – и кроме того, я настоятельно рекомендую вам, если поедете, получить пропуск, иначе вас застрелят на проходной и часовой получит десять суток отпуска. Вы можете также закрасить лицо черным, надеть камуфляж и попробовать пробраться тайком, как диверсант. Поверьте, оно того стоит. Город Гаджиево был полон сюрпризов, главными из которых были свалка, рынок и Дом Офицеров. Впрочем, туда по юности нас не пускали.
Именно в этом потрясающем месте прошло мое детство. Мой папа, офицер подводного флота, не предполагал, видимо, что подводный флот находится так далеко от мест цивилизованных. А может быть, предполагал, и ему просто там нравилось. Но пока что история не об этом.
История – о преступлении. И раскрытии оного. Главным развлечением для меня, Димона и Сани Гуцала, ныне покинувшего этот мир – но не мои воспоминания – были интереснейшие проекты покорения города Гаджиево, Кольского полуострова и мира в целом, характерные для одиннадцатилетнего возраста. Но по причине бесконечных метелей и отсутствия в домах телефонов мы тусовались на теплотрассе. Потому что там было тепло. Влезая в небольшие домики вдоль трассы, мы усаживались на теплые трубы, кутались в пихоры – это такое удивительное пальто на меху взрослого дермантина – и, выдыхая пар, обсуждали планы.
В тот вечер не было ни снега, ни воющего ветра, ни других опасных для жизни осадков, и мы решили прогуляться вдоль трубы. За разговорами зайдя довольно далеко, наткнулись на странного вида сооружение по типу склада. Недолго думая, мы сбили замок, и внутри… внутри был рай. Чтоб вы понимали: детство офицеров в Гаджиево не то чтобы голодное, но с точки зрения еды – без изысков. Поэтому, наткнувшись на пакеты орешков, шоколадных конфет и прочего, мы остолбенели. Нам еще хватило мозгов не есть все это прямо там, и мы, нагрузившись, помчали, ломая ноги, в сторону дома.
