– Почему это? – я туповато приоткрыл рот и задумался, было ли это оскорблением нашей семьи.
– Ну вот, опять, – Л. по-бабьи всплеснула тонкими руками. Я сперва опять не понял, а потом обнаружил палец, засунутый в нос по вторую фалангу. Ощущения были, словно я чешу себе мозг. Если б я мог дотянуться до центра оргазма, я бы это сделал.
– Да я же только дома! – сильный аргумент, согласитесь.
– Нет, Саша. Ты все время там ковыряешься! И Андрей, и Паша на тебя смотрят и ковыряются. Ты даже вчера в ресторане палец вытер об стул. И это видела я и официант!
Блин, мы вчера были в ресторане? Надо меньше времени сидеть в телефоне. В каком ресторане, интересно…
– Вот смотри! – Л. ткнула мне в руки свой айфон. – Включи видео! – потребовала она. Лицо ее уже начало сглаживаться, но глаза все еще были злющие.
На видео я сидел со своим сыном Андреем, совершенно одинаково вытянув ноги на стул перед собой. Между нами скакал Пашка – младший в клане, и орал на телевизор. По крикам было неясно, что идет на экране, зато отчетливо было видно, как я засунул палец в нос так глубоко, что меня аж передернуло. Андрей сделал то же самое, периодически вытаскивая палец и вытирая об себя. Когда Паша радостно рухнул на диван между нами, то первым делом он влез в ноздри обеими руками – я даже заинтересовался, как это возможно. Когда Л. протянула руку за телефоном, то в кадре я вытирал палец об диван. Собственный диван. На котором я сейчас сидел.
– САША, ПРЕКРАТИ!!! – заорала Л., снова скукожившись лицом. Такая она красивая, но вот когда куксится – превращается в ведьму из Блэр.
Но палец снова был в носу. Я начал осознавать, что, возможно, она права. Лишь возможно, но я же умный парень, я могу допустить чужую правоту.
– Ладно, не буду, – торжественно сообщил я, – клянусь!
По лицу ее я понял, что доверия она не испытывает.
– Саша, завтра ты едешь ко мне домой, – Л. села рядом и попыталась взять мои сверкающие соплями руки, но в последний момент передумала, – ты первый раз моих маму с папой увидишь, и ты будешь ковыряться в носу и вытирать об стол?
– Не буду! – я приобнял ее, стараясь не касаться руками – обещаю.
Внезапно я понял, что вытираю пальцы об ее кофту. Все же мы не настолько близки.
– Давай так! – я вспомнил идеальный план из шпионских кино, – если я полезу пальцами в нос, то ты скажешь кодовое слово. И я сразу врублюсь, что дело дрянь?
– Какое? – она уже улыбалась. Милая такая.
Я задумался. Когда мы играли в зарницу в пионерском лагере, то кодовое слово было «Вологда». Но в обычном мире применить слово «Вологда» довольно сложно.
– Мимоза.
– Почему «Мимоза»? – удивилась она.
– Ну, не знаю… – я задумался.
– Саша, блядь!!!
Мой палец торчал в носу уже под корень.
Пока Л. мылась, даже в душе умудряясь бурчать что-то угрожающее, я позвонил старшему сыну.
– Привет.
– Привет, пап.
– Чем занят?
Андрей что-то отвечал скучливым голосом. Общаться с отцом в его возрасте становится тягостно.
– Погоди, – перебил я его, – включи видео.
– Сча… – в камере, в сумерках комнаты, мой старшенький сынок скидывал челку рукой. Второй рукой он ковырялся в носу с явной угрозой сломать палец.
Следующим днем я припарковался у панельной девятиэтажки, поднялся на какой-то там этаж и собрался с мыслями. В руках у меня были две бутылки вина, фрукты, и совесть моя была чиста. Я купил все, что мне было сказано, я приехал вовремя, я побрил голову и вкусно пах. Дзинькнул звонок, и меня встретил папа Л. Крепкий взрослый мужик смотрел на меня с порога весьма недоверчиво – видимо, по сей день не верил в мое существование. Я без улыбки протянул руку и мы вошли. В прихожей в небольшой суете цветущая Л. познакомила меня с папой и улыбающейся счастливо мамой. Я расшаркивал ножкой, улыбался и готов был даже сделать книксен, чтобы всем понравиться.
– Ну что,за стол? – Л. взяла меня под руку и повела в кухню, где был накрыт стол. Шли мы неторопливо, я почувствовал странную ассоциацию с тем, как ходят в ЗАГСе и чуть не споткнулся.
Ели неторопливо. Я улыбался, периодически брал Л. за руку под укоризненным взором ее папы и радостным взглядом ее мамы. Л. цвела – затащить меня к родителям было просто подвигом. Я чувствовал себя феерически неуютно, как и всегда в таких ситуациях. Было вкусно, но я старался не увлекаться, чтоб из меня еда не вываливалась, как это бывает, когда я ем быстро. Со стороны как будто землеройка работает. Наевшись, я немного расслабился и стал слушать истории о Л., которые рассказывала ее мама, как и все мамы – о ее падениях с велосипеда, потерях в парке и прочем, и прочем…
Я чувствовал, что Л. напряглась, сидя рядом со мной. Наверное, нервничала из-за маминых историй.
– Мама, а как там твои мимозы? – внезапно спросила Л.
Повисла короткая пауза. Все смотрели на Л., только папа косился на меня. Искал поддержки?
– Какие мимозы, дочка?
– Ну мимозы. Как твои мимозы на даче?! – Л. явно нервничала. Может, мама что-то разбередила историями про мимозы? Я заинтересованно смотрел по сторонам в ожидании драматической развязки.
