Ричард обнимал Сильвию, его рука медленно заскользила по ее волосам, коснулась впадинки на шее и замерла, наткнувшись на тонкое кружево. У Сильвии участилось дыхание. Его руки уже развязывали тонкий шнурок корсета, а губы целовали каждый обнажающийся уголок ее тела. Девушка застонала от этих прикосновений. Волосы ее разметались по подушкам, все тело покрылось бисеринками пота. Она помогла Ричарду избавиться от одежды и теперь увидела, как атлетически он сложен. Тонкие пальцы коснулись его светлой, почти прозрачной кожи и от ключицы осторожно пробежали вниз к животу. Ричард вздрогнул от этих прикосновений. Его губы приникли к ее груди, и Сильвия вскрикнула от нового невероятного ощущения. Ричард нежно, словно боясь сделать ей больно, начал ласкать ее. Губы стали опускаться все ниже, поцелуи сделались еще горячее, руки то скользили по ее бедрам, то сжимали плечи, и Сильвия понимала, что он с трудом сдерживает себя. Она закрыла глаза и выгнулась ему навстречу. Внизу живота сделалось нестерпимо горячо, но Ричард не прекращал своих ласк. И лишь когда Сильвия закричала, доведенная почти до экстаза, он наклонился к ее лицу и прошептал:
— Открой глаза, прошу тебя. И ничего не бойся, я никогда не сделаю тебе больно.
Сильвия распахнула глаза и встретилась взглядом с Ричардом. Он приник губами к ее губам, и в этот момент ее тело пронзило, как будто насквозь. Сильвия вскрикнула, крик этот потонул в поцелуе. Нет, это была не боль, но невероятное блаженство. Оно накрывало ее волнами, отдавалось во всем теле ритмичными толчками. Сильвия не понимала, что с ней происходит, она почти задыхалась. Движения Ричарда становились все быстрее, тело Сильвии изгибалось, следуя этому сумасшедшему темпу. Воздуха уже не хватало, казалось, сейчас мир вокруг взорвется. И он взорвался. На мгновение Сильвии показалось, что она лишилась сознания, а когда открыла глаза, то увидела склонившегося над ней Ричарда. Он смотрел на нее с такой любовью и нежностью, что у Сильвии защемило сердце. Она нежно поцеловала его в плечо и откинулась на подушки.
В эту ночь заснули они только под утро…
Гости покинули замок уже на следующий день, даже не дожидаясь, когда хозяева проснутся. Сильвия нашла Ричарда, вставшего раньше, в его кабинете, тот разбирал какие-то бумаги. Он и сообщил, что они в замке одни, поскольку Д'Арси увез с собой и его Патрика, тактично давая возможность молодым немного побыть вместе. Ричард еще раз напомнил жене, что они отбывают ко двору уже следующим утром. Бал должен был состояться в субботу, но Ричарду хотелось, чтобы Сильвия хоть чуточку привыкла к столичной жизни. Столица резко отличалась от всех городов, доселе виденных его супругой. И по его мнению, не в лучшую сторону. Он сам больше любил тихую жизнь в родовом замке, чем полную интриг жизнь при дворе. Но всему остальному он предпочитал, все же, поле боя. Граф де Ланье был прекрасным военным, мужественным и бесстрашным, а войны в те времена были явлением вполне обычным. Ричарду доставляло удовольствие не просто биться с врагом один на один, хотя шпагой он владел отменно, а продумывать стратегию ведения боев. Де Ланье слыл одним из лучших стратегов королевства. Недавнее тяжелое ранение надолго выбило его из общих рядов, последствия этой раны Ричард ощущал до сих пор. И если до встречи с Сильвией вынужденный отдых мучил его, то теперь он был даже где-то благодарен тому человеку, выпустившему в него пулю, пробившую легкое. Если бы не ранение, он никогда не приехал бы в Альес, не повстречал бы Сильвию, и не был бы так счастлив сейчас. Теперь он молил Бога, чтобы он дал ему достаточно времени насладиться этим счастьем. Его не обрадовали бы сейчас никакие военные действия, Ричарду хотелось только как можно дольше находиться рядом с Сильвией, рядом с сыном, которому он уделял так мало часов.
В столице супруги собирались провести не больше трех-четырех дней, на этом настаивала Сильвия. К поездке все было готово, поэтому весь день до отъезда молодые люди провели в прогулках и бесконечных разговорах. Ричард много рассказывал ей о людях, которых она должна была увидеть при дворе. Сильвия лишь слышала раньше их имена, но совершенно не представляла себе расстановки сил. Королева играла столь малую роль, что о ней, кроме как о супруге короля и матери наследника, почти никто и не вспоминал. А за место любимца короля в свете шла отчаянная борьба. Пожалуй, главным нынешним фаворитом можно было считать герцога Д'Эгильоэна. Среди многочисленных любовниц короля уже несколько лет первое место удерживала госпожа Сюли де Артуа, красавица и невероятно хитрая интриганка. Еще были Жиизы, вечные претенденты на королевский престол, Де Буаселье с их постоянными попытками устроить какой-нибудь заговор, впавшие в немилость и потому мало кому интересные, обедневшие, хотя и очень родовитые д´ Альбер-Ноайли… Со всеми этими людьми Сильвии предстояло познакомиться.
