Ричард всегда заранее чувствовал приближение приступа, так было и сейчас. На пути домой они попали в сильный ливень, и теперь Ричард ощущал первые признаки подступающей болезни. Врач всегда предупреждал его, чтобы тот избегал холодной и сырой погоды, и на зиму уезжал подальше от столицы. Но сейчас де Ланье хотелось как можно больше времени проводить с семьей, приступов давно не было, после ранения он совсем уж забыл думать о них, а сейчас болезнь снова напомнила о себе. Чтобы не пугать молодую жену, Ричард решил уехать к Д'Арси, как он обычно и поступал, если не хотел волновать сына. Больше всего на свете де Ланье боялся, что Патрику болезнь перейдет по наследству. И именно поэтому ему хотелось, чтобы если с ним что-нибудь случится, рядом с сыном оказался бы близкий человек. Конечно, Александр никогда бы не бросил племянника, но Ричард прекрасно понимал, что женского тепла ребенку ничто не заменит. А Сильвия казалась ему лучшим воплощением женственности и доброты на земле, из нее должна была получиться прекрасная мать. Кто знает, может быть, у них еще появятся дети?
— Сильвия, я уеду на несколько дней, мне нужно вернуться, государь нуждается во мне. Ты же понимаешь, что я не могу отказать королю. Хотя больше всего на свете мне хотелось бы сейчас остаться с тобой, тем более Патрик скоро приедет. Но не печалься, — заметил Ричард, глядя на расстроенное лицо жены, — я не задержусь надолго.
— Сколько бы ты не отсутствовал, все для меня покажется невыразимо долгим. Но ничего, женщины должны уметь ждать и терпеть, — улыбнулась Сильвия. Возвращайся скорее.
— Я надеюсь, что мне удастся вернуться еще до приезда наших гостей. Ричард поцеловал жену на прощанье и к обеду уже покинул замок.
Потянулись унылые дни, которые Сильвия была вынуждена проводить почти в полном одиночестве. Вернувшийся Патрик все так же продолжал избегать ее общества, держась при этом в рамках приличий, но, не подпуская Сильвию ближе. Она надеялась, что муж скоро снова будет дома, и ждала приезда Лессаржей. Точнее, приехать должны были только Каролина с матерью, а господина Лессаржа какие-то неотложные дела заставляли остаться в Альесе. В ожидании гостей Сильвия продолжала изучать замок, хоть он совсем не был таким огромным, как королевский дворец, но архитектор создал его весьма запутанным, со множеством переходов и лестниц. Особенно ей нравилось поводить время за книжкой в любимом кресле мужа в библиотеке, а еще, если погода позволяла, Сильвия часто гуляла по парку, а один раз даже совершила верховую прогулку. В этой прогулке ей составил компанию Патрик. И хотя они больше молчали, проезжая по узким дорожкам вдоль темных рядов деревьев, Сильвия все же сочла это потеплением в их отношения.
Ричард вернулся через неделю, уставший, с темными кругами под глазами, даже немного похудевший. На все вопросы супруги, почему он так плохо выглядит, и чем он все это время занимался в столице, мужчина отшучивался. Сильвия, видя его нежелание говорить, решила больше ни о чем не спрашивать. Она была так рада его возвращению, что все остальное казалось неважным.
А еще через два дня в замок, наконец, приехали Лессаржи. Как же была счастлива Сильвия! Они с Каролиной прыгали на месте, как дети, ничуть не смущаясь тому, что о них подумают окружающие.
— Какой замок! Ну, кто бы мог подумать, что ты когда-нибудь будешь жить в таком доме!
— Пойдемте скорее, я вам все покажу. Ой, вы, наверное, устали с дороги?
— Сильвия, я, действительно, устала, и не отказалась бы отдохнуть. А вот, Каролину, кажется, ничто не возьмет, она бодра и свежа, — заметила госпожа Лессарж. — Проводи нас, пожалуйста, в наши комнаты, а потом делайте с Каролиной, что хотите. Все-таки, мы проделали долгий путь, а я уже слишком стара для таких путешествий.
Каролина чмокнула мать в щеку.
— Ну что вы, мама, какие ваши годы! — произнесла она и весело рассмеялась.
Спустя полчаса Сильвия с подругой уже прогуливались по парку. Вопросы сыпались на Сильвию, как из рога изобилия. Каролину, не избалованную новостями из жизни высшего общества, интересовало все: начиная от того, как одеваются нынче при дворе, и кончая слухами, что нынешняя любовница короля — ведьма, по ночам наводящая порчу на всех красивых девушек из королевского окружения. Правду ли говорят, что герцогу Ангильонскому расцарапал щеку леопард его величества за попытку проникнуть в покои к королеве, и теперь тот стесняется появляться при дворе с изувеченным лицом и тому подобные слухи и сплетни. Сильвия, за несколько дней, проведенных в столице, не успевшая так хорошо изучить свет, старалась отвечать как можно подробнее.
