Итак, по прибытии в столицу, де Ланье остановились в своем доме, расположенном совсем недалеко от кафедрального собора. На бал в королевский дворец съехалось множество гостей. Все собрались в тронном зале, где уже восседала королева Генриетта — женщина, изможденная постоянными родами в свои двадцать четыре года выглядящая как сорокалетняя мать семейства. Королева была известна своей набожностью и кротостью и окружала себя такими же фрейлинами. Спустя несколько минут в зал вошел король в сопровождении молодой темноволосой красавицы и нескольких нарядно одетых господ. Король Анри был невысок, с короткими ногами и непропорционально длинными руками, унизанными кольцами. В вышитом золотом гранатовом жюстокоре, узорных белых чулках и туфлях с огромными бантами его величество смотрелся почти смешно. Сильвия даже была немного разочарована. На всех изображениях государя представляли высоким и могучим, с тонкими чертами лица, орлиным профилем и грозным взглядом. На самом деле, профиль был совсем не орлиным, нос его величества напоминал клюв петуха, глаза, один чуть больше другого, смотрели не грозно, а скорее, устало, тонкие губы были сжаты в узкую полоску. Красавица за спиной короля оказалась той самой госпожой Сюли де Артуа, а господ по именам, которые Ричард тихонько шептал ей на ухо, она так и не запомнила.
Дамы присели в глубоком реверансе, господа низко поклонились. Король дал знак, по которому музыканты заиграли, а выстроившиеся пары начали скользящими шагами перемещаться по залу. Сильвия впервые танцевала в таком обществе и боялась ошибиться, но Ричард вел ее уверенно и ободряюще посматривал на юную супругу. Краем глаза Сильвия заметила и пару Д’Арси с какой-то восхитительно одетой дамой — те двигались так изящно, что Сильвия невольно залюбовалась. Их величества танцевали не столь красиво. Королева старалась казаться как можно незаметнее и вероятно, стремилась поскорее закончить танец. Больше в этот день Сильвия не видела ее танцующей, хотя бал и давался в ее честь, но не было похоже, что она получает удовольствие от устроенного праздника. Король же танцевал много и охотно, в основном, с госпожой Сюли де Артуа, и выглядел вполне довольным. В перерывах между танцами Ричард подводил Сильвию то к одной, то другой персоне и представлял им свою супругу. У Сильвии от всех имен и лиц голова шла кругом. Перед тем, как отправиться на большой обед, Д’Арси впервые за вечер подошел к де Ланье:
— Госпожа де Ланье, Ричард, их величества ждут вас.
Сильвия медлила.
— Ну что же ты, Сильвия, нельзя заставлять ждать королей, — улыбнулся Ричард. Откуда эта робость?
— При дворе робость не в чести, — произнес Д'Арси. — Здесь выживают сильнейшие, — добавил он с усмешкой, на что Сильвия с горячностью ответила:
— Мы не собираемся жить при дворе! И потом, мне кажется, излишняя напористость никому не идет! Идемте, что же вы стоите!
Д'Арси снова усмехнулся, но промолчал. Обойдя танцующие пары, они подошли к трону короля.
— Сир, — произнес Ричард, обращаясь к Анри. — Моя жена, графиня де Ланье.
Сильвия поклонилась.
— Я счастлива видеть своего государя, ваше величество.
Король заинтересованно взглянул на девушку и улыбнулся:
— Я вижу, что господин де Ланье сделал хороший выбор. Надеюсь, теперь вы будете чаще бывать при дворе, граф. Нельзя скрывать от всех такое сокровище.
Ричард молча склонил перед государем голову, что могло означать и да, и нет.
Представление Сильвии королеве графине не запомнилось, поскольку та лишь слегка кивнула девушке и тут же потеряла к ней всякий интерес. Король жестом показал, что их маленькая аудиенция окончена, и де Ланье отошли в сторону. Д’Арси остался у трона и еще довольно долго о чем-то разговаривал с его величеством.
Сильвия только сейчас почувствовала, что устала от новых впечатлений, но все же с честью выдержала и обед, и несколько танцев после. Правда, уже почти ночью, когда все разъезжались, она уснула прямо в карете, и Ричард, решивший не будить супругу, отнес ее в дом на руках.
Де Ланье вернулись домой всего лишь через неделю, но эта неделя в столице показалась Сильвии дольше месяца. Ей не понравилось в этом городе, слишком шумно и грязно. К тому же совершенно испортилась погода, такие дожди в октябре были ей в новинку. На юге пора дождей начиналась не раньше ноября. Замок встретил их тишиной, Патрик еще не вернулся от Д'Арси, герцог должен был привезти мальчика через несколько дней.
Сразу же по возвращении Сильвия написала письмо Лессаржам, ей очень хотелось, чтобы они навестили ее. Столько впечатлений за один месяц, сколько не было и за всю жизнь. Сильвии не терпелось поделиться с кем-нибудь. Ричард, безусловно, понимал ее чувства, и ничего не имел против гостей. Тем более, что ему необходимо было уехать.
