— Мы звали Великую Мани, — искорка смотрела на Держащую Щит во все глаза. Губы у нее пересохли от напряжения, и она облизнула их кончиком языка. — Мы звали Великую Мани в себя, в свою плоть, мы взывали к Ней, моля о помощи.
— Правильно, — утвердительно кивнула Эрис. — В моменты страха и боли вы всем своим сердцем взывали к Великой Мани, и Она пришла к вам. Она вошла в вашу плоть, став ее неотъемлемой частью. Вот и ответ.
— Погоди, первая первых, — нахмурилась Рада. Ей очень хотелось верить в то, во что говорит Эрис, хотелось верить в сказку, о которой она всегда грезила. В то, что эта сказка может стать реальностью для нее, самой настоящей реальной жизнью, а не просто еще одной красивой историей из тех, что можно прочитать на страницах книги или услышать от менестреля. А для того, чтобы это действительно стало реальностью, она должна понять все до самого конца. Рада решительно взглянула на Эрис. — Скажи, как так получается, что всю свою жизнь я молилась Грозару и звала его, но он не приходил? А теперь я стала звать Великую Мани, и Она ответила на мой призыв, вошла в мою плоть, став этим золотым биением. Я не могу и не хочу верить в то, что одни боги ложны, а другие нет. Что один бог истиннее другого, более свят, а вера в него более правильна. Ведь это абсурд: утверждать, что реально лишь твое божество, а все остальные — заблуждения. Ты же сама сказала, что Небесных Сестер изначально не существовало, что они были лишь глупой выдумкой Крол, но теперь — это реальность. В чем же тогда дело? Разве же вера анай придала Небесным Сестрам силу и создала Их из ничто? И тогда это значит, что по ту сторону гор в Грозара и Молодых Богов верят недостаточно рьяно, или что?
Рада совсем запуталась в своих размышлениях и сконфуженно замолчала поглядывая на Эрис. Та в ответ улыбнулась и вновь приподняла над столом булочку, со значением глядя на Раду.
— Есть только это, Рада, только булочка. Вот она — объективна. А все остальное… — Эрис замялась, мягко улыбнулась и покачала головой. — Вообще-то, я Держащая Щит народа анай и ни в коем случае не должна говорить таких вещей, а коли бы их кто услышал от меня, то по закону им стоило бы на полном серьезе вздернуть меня на первой же попавшейся сосне, и никто бы и слова против не произнес. Да вот только нет ровным счетом никакой разницы между Старыми и Молодыми Богами, Между Небесными Сестрами и Богами эльфов, между всеми теми существами и духами, в которых верит население всего Этлана. И по сути все они одинаково бесполезны.
Рада не сдержала потрясенного вздоха, искорка всем телом выпрямилась, став ровной, будто палка. Сквозь золото в груди до Рады донеслось ее невероятное изумление, словно рефреном отразившееся от того, что ощущала сама Рада. Эрис взглянула на них и вновь усмехнулась, на этот раз самым краешком губ.
— Вот видите, даже вы, выросшие в поклонении Молодым Богам и лишь недавно узнавшие о Небесных Сестрах, считаете мои слова ересью. Поэтому мы с Тиеной и не говорим на эту тему ни с кем, чтобы не показаться умалишенными. Однако ведь на самом деле все ровным счетом так и обстоит. Какая разница, какому богу молиться, как называть его, как призывать его? Есть один единственный факт, который не может отменить ничто: однажды мы умрем, и наше тело сгниет в земле или будет сожжено и развеяно по воздуху, какая разница? И никакая вера ни в каких богов не поможет нам избежать этого, не так ли?
— Подожди, а как же все то, что ты говорила о Великой Мани? — Рада была окончательно и бесповоротно сбита с толку. Вот теперь она совершенно точно не понимала ровным счетом ничего.
— А кто тебе сказал, что Великая Мани — это Божество? — Эрис выглядела так лукаво, словно ребенок, стянувший конфетку из-под самого носа воспитательницы. — Да, это говорят Жрицы, но вы знали Ее силу еще до того, как пришли в Данарские горы. И если я правильно поняла все то, что мне передала Лэйк, ты, Светозарная, утверждала, что Великая Мани — это динамическая сила творения, не так ли?
— Так… — растеряно кивнула головой искорка.
Эрис подалась вперед, и глаза ее горели торжеством.
— Ну а коли так, то что это означает? Если весь мир делится на дух и материю, на Создателя и Великую Мани, — Рада внезапно поняла и вновь охнула от потрясения, но Эрис только договорила, не став отвлекаться на ее реакцию, — значит Великая Мани — это наше физическое тело, вот это самое тело! — Эрис потрясла рукой перед носом у Рады, пощупала стол, подхватила булочку и подбросила ее на ладони. Глаза у нее смеялись. — И это тело, и шкаф, и пол, и дерево, и солнце, и ты, Рада, все это — одно. Все одно, все из материи, все есть Великая Мани. А вот это, — рука Эрис коснулась груди, где пульсировала золотая точка, — это — Создатель, сознание, дух, да как хотите, так и называйте. Тогда что надо сделать, чтобы выработать это самое новое тело, в котором материя и дух будут едиными?
