За три войны до… полностью

Отдельно, уже ближе к «Рипалсу» и «Ринауну», в море болтались повреждённые «Девоншир», «Бервик» и «Йорк», не принимая никакого участия в ставшем на временную паузу сражении. Их главной целью теперь было добраться без дополнительных жертв в свои базы и стать на ремонт.

Здесь и сейчас у Маршалла, по сути, не оставалось выбора. Чтобы избежать пятнадцатидюймовых британских «чемоданов» ему оставались открытыми лишь южные и юго-восточные румбы. Но курс, на который он лёг, отгоняя своим приближением тяжёлые крейсера Каннингхема, вёл прямо к берегам Англии, откуда уже вылетели ударные группы и Берегового, и Авиационного командования. Утопить сильнейшие корабли немцев, поквитаться за собственные линкоры — сейчас это было главной целью англичан. Должна же была и их авиация, в конце-то концов, показать себя!

Люфтваффе же, около семнадцати тридцати, нанесли удар по «Ринауну» и «Рипалсу», задействовав все 60 «церштёреров» авиагруппы «Цеппелина». Из них только 12, те, что вылетали утром на разведку, несли бронебойные бомбы, ещё один штаффель — фугасные, прочие же — торпеды. Понимая, что торпедная атака на малой высоте и скорости — занятие куда более опасное, нежели бомбить с пикирования, немцы бросили в бой первыми «церштёреры» с фугасами, подвешенными к ним ранее для бомбёжки эсминцев.

Из двенадцати бомб в линейные крейсера попали, шесть. Из них — одна в «Ринаун», прочие же пришлись на долю «Рипалса». Первый из них отделался лёгким испугом — 500-килогаммовка разорвалась на вершине передней дымовой трубы, искорёжив её и засыпав всё вокруг осколками. «Рипалс» же пострадал куда серьёзнее. Невероятно, но две бомбы, сброшенные самолётами из разных звеньев и с разных направлений пришлись практически в одно место с минимальным отрывом по времени. Первая из них разворотила палубу по левому борту рядом с поперечной катапультой, а вторая влетела следом во внутренние помещения, вызвав в них пожар. Третий фугас снёс восьмиствольный пом-пом левее передней трубы. Четвёртый — упал на палубу, левее возвышенной башни, не нанеся значительного ущерба. Зато пятый — вывел из строя КДП, стоявший на крыше боевой рубки.

Следующий штаффель, уже с бронебойными боеприпасами, добился четырёх попаданий, из которых опять лишь одно пришлось в «Ринаун», прочие же — в многострадальный «Рипалс». Читая сводки и сообщения, я подумал про себя, что это карма. В «эталонном мире» этот крейсер тоже немало пострадал от самолётов, правда, японских. Зато на «Ринауне» единственная бронебойная бомба ударила прямо в разгоревшийся пожар почти по самому центру корпуса, взорвалась в машинном отделении и вывела из строя два гребных вала из четырёх. Скорость хода сразу же упала на пять узлов. На «Рипалсе» повреждения были не менее серьёзные. Одна бомба ударила прямо в нос и взорвалась ниже ватерлинии в цистерне авиабензина, разрушила её и подожгла. В считанные мгновения весь бак крейсера до башен главного калибра был охвачен огнём. Вторая влетела в надстройку между боевой рубкой и левой трёхорудийной четырёхдюймовой установкой, взорвалась в глубине корпуса, но не нанесла существенных повреждений. Третья же, раскурочив по пути спаренную универсальную зенитную установку у грот-мачты, взорвала её погреб, из-за чего встали обе машины правого борта.

Торпедная атака, которую следом предприняли немцы, по существу, таковой не была. Была имитация, поскольку, когда «Цеппелин» уже лежал на курсе против ветра и первые машины ушли с палубы в небо, менять что-либо было уже слишком поздно, пришло предупреждение о качествах немецких торпед, немедленно переданное экипажам «церштёреров», разумеется, открытым текстом и перехваченное советским эсминцем.

Нет, штаб Кригсмарине тут был совершенно не при чём, это папаша Геринг озаботился, после того, как до него дошли жалобы пилотов авиагрупп лайнеров-авианосцев. Редера же торпеды не смущали, как стало видно по дальнейшим действиям, он ставил на ночь задачу эсминцам провести поиск в направлении Тронхейма.

Люфтваффе — не Кригсмарине. Бравые лётчики могли бы и сразу после взлёта торпеды побросать, Геринг бы их в этом не упрекнул, но соображения «не подводить камрадов», «испытать удачу», перевесили и торпедоносцы приняли участие в ударе по «Рипалсу» и «Ринауну».