— Ну? Значит, это ты у нас девочка Элли, идущая в Изумрудный город? — тон пугала был язвительным, если не сказать, откровенно издевательским.
— А ты, типа, Страшила Мудрый? — спросила Лера, копируя его манеру. Ей достаточно быстро удалось прийти в себя. После других миров, живых драконов, ведьм и психушки, ее сложно было чем-то по-настоящему удивить или испугать.
Пугало бодро соскочило с шеста, на котором висело, — самостоятельно, в отличие от книжного персонажа и, размашистым шагом подойдя к девушке, вперилось в нее своими жуткими нарисованным глазами.
— А ты предпочитаешь Железного Дровосека? — спросило оно, тут же крутанулось на пятках, превращаясь в серо-белый вихрь, который спустя мгновение принял образ железного человека с огромным топором и медной воронкой на голове.
— Превращаться, значит, умеем? — хмыкнула не слишком впечатленная Лера. — А Тотошкой станешь?
— Да хоть Гудвином, милая! — рассмеялся тот. — Летишь из Канзаса?
— Да хватит этих твоих тупых шуток… — вспылила было Лера, но тут же сообразила, что «Летишь из Канзаса» — это фраза-пароль. Она нервно закашлялась. Смущенно, чувствуя себя дурой, сказала фразу-ответ: — Забросило ураганом. — Надо будет высказать Светке все, что накопилось. А вот нечего такие пароли глупые придумывать!
Пугало-Железный Человек снова сменил облик, превращаясь в крупную ворону… или ворона… Лера не разбиралась. Птица взлетела и уселась на неровности столба, где-то на уровне Лериной головы.
— Это, надеюсь, твой настоящий облик? — ехидно спросила девушка.
— А что для метаморфа настоящий облик?
— Ну, тот в котором ты родился, например.
— Я при рождении, если верить моей бедной матушке, поменял семь обличий: ребенка, кота, поросенка, книги, камня, единорога и даже стал миниатюрной копией самой акушерки. Отчего меня объявили одержимым дьяволом и хотели сжечь, но…
— Весьма занимательно, — прервала Лера, чувствуя, что он просто треплется. — Но давай ближе к делу. Итак, обещанная помощь оказалась… тобой. Ну за что мне это?
— Чем ты недовольна? У тебя, между прочим, еще нет особого повода возмущаться. Подождала бы хотя бы полдня, я бы предоставил тебе их предостаточно.
— Какой у нас план? — хмуро спросила Лера. Этот метаморф ее жутко бесил.
— А ты что, приперлась в чужой мир без плана? И на что ты надеялась? Что просто выльешь на Бастинду ведро воды?
— О! Опять эти шуточки уровня второго «Б». Я надеялась на более адекватную поддержку. А план, несмотря на то, что я совершенно в этом мире не ориентируюсь, у меня есть.
— Ну-ну? — ворон принялся чистить перья. — Весьма интересно.
— Только я сомневаюсь, что стоит сейчас выкладывать все мои карты перед… непонятно кем.
— Я не непонятно кто! Я понятно кто! По крайней мере, в данный конкретный момент времени понятно. Естественно, я могу стать и непонятно кем. Для тебя непонятно, конечно, не для меня. Вот ты, к примеру, когда-нибудь видела бронзобавра? Я могу им стать и тогда тебе будет непо…
— Хватит! Прекрати! Нам нужно добраться до замка Флиаф, не привлекая особого внимания. Надеюсь, вороны, достаточно естественны для фауны это мира?
— Вороны естественны для фауны почти любого мира, милая. Как и драконы, между прочим.
— Ну-ну. Еще скажи, как и феи.
— А что не так с феями?
— Орки. Эльфы. Единороги. Гиганты. Для большинства миров — это почти так же естественно, как и котики.
— Пфф! Котики! Вам, людям, так свойственно утверждать, что на вашей пресловутой Земле обитают эти мифические существа, но я вот совершенно в это не верю. Котиков не бывает!
— Ты серьезно? — Лера набрала полную грудь воздуха, чтобы рассказать сколько кошек повидала за свою жизнь, но тут же передумала — совсем не время и не место для бессмысленных споров. Вместо этого она сказала: — Как мы туда доберемся?
— К котикам?
— В замок Флиаф! — они все еще не могла понять, шутит метаморф или нет. — Скажу сразу, что я плохо летаю, и не сильна в превращениях. Ты можешь меня тоже преобразить? Ну хотя бы в ворону… Мне почему-то кажется, что две вороны, летящие к замку, не привлекут столько внимания, как одна ворона и одна подпрыгивающая… я… — «Ну что? Мысли материальны. Сейчас ты станешь настоящей долбанутой вороной, Лера».
— Я могу тебя преобразить, — почти серьезным тоном сказал помощник, — но ты вряд ли освоишь полет за два часа. Для этого потребуется как минимум неделя, которой, как я понимаю, у нас нет.
Лера сцепила зубы и выругалась про себя.
— Вопрос, что у нас есть?.. Кроме моего невежества в магии, конечно, и твоего сомнительного чувства юмора?
— Хм… — Ворон клюнул в столб, сорвался с него, сделал круг над Лерой и резко спикировал вниз, на лету превращаясь в человека. На этот раз это был худощавый высокий мужчина с острыми чертами лица, напоминающего лисью морду. Почему-то Лере подумалось, что это и есть настоящее обличье метаморфа. Как, кстати, его зовут?
— Я Лера, — тихо сказала девушка, ожидая, что помощник тоже представиться.
— Я знаю, — вместо этого ответил он. — Итак. У нас есть столб.
— И? — Лера вопросительно посмотрела на него.
