– Да, Галина Никитична. Это сейчас долг каждого из нас. Ведь это вы нас так воспитали. Вы же знаете, что все мальчишки из нашего класса уже на фронте. Последний, кто оставался в Горьком – Миша Поликарпов, мой сосед, он учился в военной школе радиоспециалистов в Горьковском Кремле, тоже ушёл в армию. Ребята ушли, теперь наша очередь.
– Да-да, все на фронте, – горестно подтвердила учительница. – И даже уже есть похоронки. Коля Веретенников, Илюша Шишкин, Антоша Коробов из вашего класса – на них уж пришли эти чёрные бумаги. Матери плачут, мы все скорбим…
Они ещё немного поговорили и попрощались.
– Девочка моя, ты только вернись, обещай мне, что вернёшься живой, – почти со слезами на глазах просила старая женщина.
Вера пообещала. Она вышла оттуда с каким-то щемящим чувством, которое бывает при расставаниях навсегда.
Она шла по улицам родного города и думала о том, что завтра она покинет его, уедет воевать с врагом, может быть, даже и не вернётся сюда, это её прощальный день в этом городе, но никто не догадывается об этом и ничего в городе не меняется. Облака всё так же плывут над городом, Волга всё так же несёт свои воды в Каспий, солнце всё также светит, люди ходят по Горькому, каждый идёт по своим делам, а она уже завтра уедет отсюда. Она часто представляла этот миг прощания, миг отъезда. Но никогда не думала, что это будет так буднично, так незаметно. Вот даже Тоню не застала, чтобы попрощаться. Это самый обычный рядовой день, который ничем особенным не запомнится горьковчанам, и только она, Вера, будет знать, что в этот день она уезжает защищать Родину, она будет гнать врага со своей земли.
Надо ещё к папе сходить, попрощаться и пообещать бить врага на своей земле и вернуться с победой.
Оказалось, что и с мамой ей не удалось попрощаться. Варвара Тихоновна работала на автозаводе имени Молотова, где выпускали для фронта танки Т-60 и Т-70, сконструированные там же, на автозаводе, танковые моторы, бронеавтомобили, самоходки, миномёты, бронебойные и реактивные снаряды для «Катюш», а также шло производство автомобилей повышенной проходимости с двумя ведущими осями. Прямо с завода полуторки ГАЗ-АА отправлялись на фронт и первыми становились на едва окрепший лёд Ладожского озера, чтобы вывозить ленинградцев из осаждённого города, и последними сходили с него. Именно поэтому автозаводцы были так загружены работой, а также ослаблены недоеданием, что не всегда приходили домой. Кто-то ночевал в цеху, а Верина мама иногда оставалась у своей подруги, которая жила в доме прямо напротив проходной. Так что мама даже не знает, что её единственная дочь уходит на фронт.
Ранним утром Вера оставила маме прощальное письмо, написала ей всё, что хотела сказать за многие годы, но не представлялось случая. Сложила своё письмо вчетверо, потом, наоборот, развернула. Покрутив так и сяк, всё же оставила его открытым на столе.
Посидела в одиночестве перед уходом, помолчала. Потом услышала, что к дому подъехала машина. «Вот и всё», – подумала Вера и шагнула за порог.
Генерал-лейтенант Осипов говорил девушкам строго и сухо: