Шамир, чему ж ты пытаешься научить меня, раз за разом подсовывая непонятное и невозможное?.. Тому, что всё понятно и объяснимо, всё возможно, а невозможное – это лишь отсутствие должных знаний и веры? Или тому, что моё время пришло – и пора ломиться в те кладовые знаний искрящих, куда я прежде не успела заглянуть?
Ух…
Ладно. Разберусь с этим чуть позже. А пока…
Под настороженными взглядами странной парочки я приветственно кивнула старухе-хозяйке, торопливо извинилась перед старостой, пробормотав – мол, прости, чалир, обозналась, – и нырнула в подвернувшийся проулок. И затаилась, едва дыша. Но зря напрягала слух – и ветер выл, и они беседовали шёпотом. И завершили разговор очень быстро.
Я услышала скрип снега и звук шагов, определила направление и осторожно высунулась из-за ограды. Старуха уже вернулась в дом, а староста неспешно отправился вниз по улице. Я перебежала на соседнюю улицу и пошла тем же курсом, то и дело заглядывая в проулки и проверяя, где находится староста. Поймать ощущение его крови никак не получалось, что тоже странно. Обычно я с этим справлялась легко.
Староста исчез в одном из постоялых дворов. Я окопалась в противоположном – битком набитом народом, но мне много не надо. Окно и отсутствие лишнего внимания – и всё. Хозяйка быстро принесла сбитень. И, замерев у подоконника, глядя на вновь зарябившую метель, я раскладывала по полочкам сведения.
Совершенно точно староста – человек. И к семье того, кого я увидела в капле крови, он не имеет никакого родственного отношения.
Однозначно на нём нет никаких обманных чар – ни знающим (или кем-то другим) наложенных, ни амулетных. И в нём самом нет ни капли силы. Хотя надо бы на него Вёртку спустить. Вдруг мне не хватает сил ощутить сокрытое.
Определённо… я не понимаю, как такое возможно.
Хотя… наставитель Ветрен говорил, что если знающий вывернется наизнанку на изломе своего рабочего сезона, полное отсутствие силы вроде бы – вроде бы! – случается.
Ладно, разберусь.
Метель взвихрилась так, что в окнах стало белым-бело. И в летящих хлопьях я вновь увидела лицо. На мгновение распахнулись глаза, проступили нос и губы. Похожее на то, что я увидела во сне и у стены, – но неуловимое другое.
И меня осенило. Я вспомнила – из старых-старых сказок.
Древние, канувшие в забвенье чары. Некогда ими владели безлетные, «перетекающие» из тела в тело – из чужого в чужое. И они лепили из него, как из снега, нужное – лицо, телосложение, голос. Лишь над кровью они были не властны. Кровь под действием чар сама менялась до неузнаваемости. И становилась льдистой, «скользкой» – отталкивающей действие любых чар. Даже столь простых, как слежение. Или попытка понять, есть ли в крови сила.
Да, похоже на разгадку… Да, невероятная. Но возможная. В эпоху расцвета старой крови какие только чары ни властвовали… Большинство из них ныне потеряно – и забыто. Но, похоже, не всеми.
В снежной круговерти показалась знакомая фигура. Я одним глотком допила сбитень, выгребла из карманов мелочь и поспешно выскочила из постоялого двора – вслед за старостой.
Похоже, он почуял слежку. Ходил, как я поутру, невразумительными зигзагами и бесцельными кругами. Я в одном из проулков закуталась в невидимость, но не могла отделаться от понимания: он знает. Поэтому никуда особо не стремится. Время тянет?..
И если бы у меня был выбор, я бы тоже его потянула. А то и вовсе бы сбежала. Чары безлетных – но тело человека и кровь вроде бы тоже. А вдруг нет? С безлетным я не справлюсь. Это существа с таким опытом, с такими знаниями… Самого старого и сильного из нас в баранку скрутят. Про себя вообще молчу. И если и безлетные, хоть один, выступит на стороне Забытых… Нет, не хочу бояться раньше времени.
Или всё-таки староста – человек, которого кто-то
К сожалению, узнать это можно только одним способом…
Староста снова скрылся на очередном постоялом дворе, но на сей раз я ждать его не стала. Меня неудержимо потянуло следом – присмотреться к нему поближе, проверить, угадала ли я со «скользкой» кровью… может, ещё что-нибудь интересное нащупать. Или увидеть. Или услышать. Не просто же так, хмельного сбитня глотнуть, он шастает со двора на двор.
Я недолго простояла невидимкой на крыльце. Следом за старостой на постоялый двор зашёл… второй староста. Я даже не сразу поверила своим глазам, когда передо мной из-за снежного марева вынырнула знакомая фигура. И опять – другая кровь.
Ух, что за дела-то начались…
Отряхнувшись на пороге, второй неуловимо изменился – стал ниже ростом, худощавей. А пока он отряхивался, я просочилась в обеденную и прошмыгнула к очагу, спиной к которому сидел первый староста. Села на пол, подобрав ноги – и азарт, разгоравшийся в душе с каждой следующей таинственной гадостью.
Зачем их тут так много, одних и тех же, Шамир?
Хотя второй-то недавно точно находился в чужом обличье. Амулетов я не ощущала, но чары точно были. И он их сбросил, когда вошёл. Сам. А по крови – человек. Явно очередной беглый знающий.
