– Никогда не спускайся на нижние уровни без света, – поучает принц, сходя с лестницы на двенадцатом этаже. – Но также никогда не оставляй свет зажженным дольше необходимого. Свет притягивает тьму, как пламя – мотыльков. А тьмы тут и так предостаточно. Подойди сюда, Дарлинг! Взгляни.
Он останавливается у двери очередного хранилища и раздвигает ставни на окне. Я скрепя сердце приближаюсь, встаю на цыпочки и заглядываю внутрь. На меня сразу обрушивается непреодолимое давление рвущейся на свободу силы. Но оно пронизано сильнейшим чувством – горем. Горем столь глубоким, что от него рвется на части сердце.
И под этим горем кипит неконтролируемая дикая ярость.
– Голодная Мать. – Голос принца тих, словно даже он не решается заговаривать в присутствии этого существа. – Настоящее имя – Маджра.
Я хочу отойти от окна, хочу отвернуться и опрометью бежать назад к лестнице. Но я заставляю себя посмотреть на постамент в центре хранилища, где лежит книга с последним заклинанием. Даже во мраке и тьме видно, в каком отвратительном она состоянии. Кажется, что она распадется прямо на моих глазах.
– Эта книга совсем плоха, – шепчу я.
– Правда?
Обхватив ладонями мои плечи, принц отодвигает меня в сторону. Я внезапно слишком остро чувствую спиной его близость, силу его пальцев и ширину его груди. Ощущение немножко пугающее, но проходящее сразу, как только принц отпускает меня и заглядывает в хранилище сам.
– Странно. Это заклинание было переписано всего неделю назад. Оно должно быть еще сильно.
Он отворачивается от окна и идет к скоплению странных трубок, будто растущих естественным образом из каменной стены. Я бы не заметила их в темноте, но в свете фонаря принца они отливают медным цветом. Принц вытягивает одну их трубок, рассыпая себе под ноги каменную крошку, и подносит ко рту ее конец в форме раструба.
– Вербена! – резко говорит он, и над головой разносится эхо его голоса. – Привязка Голодной Матери ослабла. Немедленно спустись на двенадцатый этаж.
Я вижу внутренним взором пустые глаза бедной Вербены и испуганное выражение ее лица, когда принц чуть раньше заговорил с ней. А также большую стопку книг на ее столе, которую он пополнил новой книгой с моим незаконченным заклинанием.
– Вам не кажется, что у Вербены на сегодня и так много работы? – спрашиваю я.
Принц разворачивается ко мне, заливая светом фонаря мое лицо. Поморщившись, я прикрываю глаза ладонью.
– Голодная Мать, – произносит он, – создание Вербены. Поэтому ее привязка всегда будет сильней и надежней.
– Создание Вербены? – Я в ужасе поворачиваюсь к окну. И вновь ощущаю горе и ярость, давящие на стекло окна, пульсирующие по ту сторону двери. Вербена выглядит такой бледной и слабой. Такой хрупкой. Но сила, что исходит изнутри хранилища, превосходит силу всех рейфов, мимо которых мы сегодня проходили.
Меня передергивает, когда в памяти всплывают эти слова. Какую боль пережила в прошлом Вербена, чтобы создать столь жуткое создание?
– Вербена! – рявкает принц в переговорную трубку. – Спустись на двенадцатый этаж. Немедленно! – Сказав это, он кладет трубку на место и обращается ко мне: – Продолжим?
К моему удивлению – и величайшему облегчению – принц поднимается по лестнице наверх, а не спускается еще ниже. Мое первое знакомство с сильнейшими рейфами окончено? Хорошо бы! Я поднимаю юбки и начинаю подъем вслед за принцем, молясь о том, чтобы он не передумал.
Я резко останавливаюсь.
По позвоночнику бежит, сковывая тело, ледяная дрожь.
Шепот рождается во тьме и эхом разносится по нижним этажам. Он еле слышим – чтобы уловить его, я напрягаю слух. Мне это мерещится?
Вцепившись пальцами в перила лестницы, я наклоняюсь над головокружительной пропастью цитадели. Расширенными глазами всматриваюсь в тени, пытаясь в них что-то различить. Фонарь принца на несколько витков лестницы выше, его свет почти не достигает меня. Но, может, это и хорошо. Может, без света мне будет лучше видно. Может, если спуститься во тьму, станет понятнее, что там происходит.
– Дарлинг!
Я вздрагиваю и, вскинув голову, смотрю наверх. Принц перегнулся через перила, и от поднятого фонаря на его лице танцуют зловещие тени.
– Помнится, я говорил тебе не отставать. Шевели ножками, если не хочешь быть поглощенной рейфом.
Недоуменно моргнув, бросаю последний взгляд вниз. Почему я задержалась? Я что-то увидела или… услышала? Не помню. Осталось только неприятное ноющее ощущение в голове.
Передернув плечами, догоняю принца по винтовой лестнице. Он ждет меня, высоко выгнув бровь. Свет фонаря падает на мое лицо, и принц несколько секунд молча рассматривает его. Затем, хмыкнув, отворачивается и продолжает подъем. Я иду за ним по пятам.
