Заговор Красного Волка полностью

разобраться, как раз в тот момент, когда Пазел выбежал в коридор. Таша, казалось, не удивилась тому, что Герцил мгновенно схватил его, притащил в ее личную

комнату и усыпил глотком спиртного — все за считанные секунды. Ее наставник, по словам Таши, двигается быстрее, чем кто-либо на земле.

— Я видел вашего отца, — вспомнил Пазел.

Таша кивнула.

— К счастью, он тебя не видел. Сирарис закрыла дверь в ванну, а Прахба

немного плохо слышит. Однако Сирарис тебя увидела и чуть не вышвырнула снова.

139

-

140-

— Таша изобразила на лице притворное возмущение и резким голосом спросила:

« Ты поместил этого мальчика в ее спальню, Герцил? О чем ты думаешь? Что

скажут люди? »

— Она права, — сказал Пазел. — Вы благородная. Вы не можете так

поступать.

— Чушь, — сказала она. — Я поступаю так, как хочу.

— Некоторым из нас не суждено так жить, — сказал он немного резче, чем

намеревался. — И они тоже будут сплетничать на жилой палубе, м'леди. Вы знаете, что скажут мои приятели, если узнают?

Таша улыбнулась и наклонилась вперед, заинтригованная — совсем не та

реакция, которой он желал.

— И что они скажут? — спросила она.

Он заколебался. Если она действительно хочет знать...

— Они скажут, что вам нравится играть в грязи.

Выражение энтузиазма на лице Таши погасло. Она была потрясена, но явно не

хотела, чтобы он это видел. Она выдавила из себя смешок.

— Смол-бои, — сказала она.

Пазел прикусил губу. Как будто ты что-то о нас знаешь.

— Кроме того, — продолжал он, — предполагается, что вы учитесь быть

женой мзитрини, а там женщинам ничего не разрешается делать.

— Чушь! — снова сказала Таша. — И, в любом случае, мне все равно.

Надеюсь, ты не один из тех тупых мальчишек, которые делают только то, что

должны? Но, конечно, это не так — я видел тебя с авгронгами. Где ты научился

говорить на авгронги?

— Авгронга, — поправил ее Пазел, прежде чем смог остановиться. Затем он

быстро добавил: — На самом деле я, конечно, не говорю на нем; никто этого не

делает. Но, плавая туда-сюда, ты кое-что узнаешь, кое-что слышишь. И есть такая

книга под названием Полилекс, на большинстве кораблей она есть.

— Только не из нее, — сказала Таша, странно посмотрев на него. — В ней все

перепутано и неправильно.

Пазел знал, что это была совершенная правда. Было даже вероятно, что мистер

Ускинс создал свой катастрофический авгронга из главы « Языки Всего Алифроса» в

конце книги.

— Конечно, — сказала Таша, опуская глаза, — некоторые версии лучше

других. У меня есть свой старый Полилекс. В нем говорится, что употребление

буйволиного молока делает человека умнее, но также склонным к «гневу и

паранойе». И в нем говорится, что давным-давно существовали целые флотилии

кораблей, подобных « Чатранду», и они действительно пересекали Правящее Море

и посещали странные земли, о которых мы совсем забыли. Большинство из этих

кораблей были уничтожены так давно, что мы даже не можем вспомнить их имена.

Они были построены Янтарными королями, и один из них привез краеугольный

камень для Этерхорда из Двора архангела на востоке. Но с течением веков их

140

-

141-

строили все меньше и меньше, и старые корабли начали тонуть. Три были

уничтожены во время Мирового Шторма, а один — в великом водовороте, который

называется Вихрем Неллурога.

— Да, Вихрь...

— Знаешь, мне снились сны об этом или чем-то таком. Прахба говорил о войне

и о том, как один вид разрушения приводит к другому, и с тех пор мне снился этот

сон о водовороте, и корабле, пойманном в ловушку внутри него, вращающемся, как

кусок дерева, все ниже и ниже...

— Госпожа...

— Не в тему, я знаю. Я хочу сказать, что Вихрь захватил « Жеребца» в

семьдесят втором году, « Урсторч» и « Бали Адро» так и не вернулись из миссии за

Правящим морем, и предпоследний Великий Корабль, « Маиса», был потоплен

мзитрини полвека назад. Он был одного типа с « Чатрандом»: тот же размер, тот же

такелаж. Но « Маиса» не было его настоящим именем. Это имя дали кораблю в

честь императрицы Маисы, всего за несколько лет до того, как он затонул. Мой

Полилекс говорит, что она была мачехой нашего императора.

— Да, я знал, что...

— Знал? Как странно. В моих школьных учебниках не было никакой

императрицы Маисы. Но знаешь ли ты самую странную вещь о Великих Кораблях?

Елиги — владельцы « Чатранда» — вот и вся причина, по которой мы больше не

можем их строить! Они начали казнить корабельщиков, чтобы те не могли продать

свои секреты другим Торговым Семьям. Я полагаю, они не собирались убить их

всех.

— Госпожа! — Пазел, наконец, сумел прервать бесконечный поток слов. —

Леди Сирарис знает, что я в вашей каюте!