— Да, он умер, вместе с остальными, — Гориславе не удалось сдержаться и слезы снова потекли по ее щекам, — они его распяли на воротах его кузницы. Наверное за сопротивление. Уши отрезали… — ее передернуло. — Я знаю, боги не хотят, чтобы я была с кем-то еще. Они… дают мне знак.
Ингимар скрипнул зубами, беспомощно посмотрел на плачущую девушку и пошарив по карманам, достал платок.
— Дети Локи, — зло бросил он. — Простите, что заставил вспомнить, — он протянул ей платок. — Ну же, Горислава, вытрите слезы. И я все же думаю, что вы ошибаетесь. Боги не так жестоки. Ведь они же привели вас к Аурвандилу. Это ведь случилось неспроста. Может быть, причина в том, что вам нужно жить дальше и оставить прошлое в прошлом. Ваш жених погиб, но я уверен, что если он любил вас, то не пожелал бы, чтобы вы прожили жизнь в тоске и одиночестве. Наверняка он хотел бы, чтобы вы были счастливы. А и вы, и Аурвандил начинаете сиять рядом друг с другом. Вы вытащили его из его скорлупы. Да он за последние полгода чаще выходил из подвала, чем все время, пока живет тут! Как бы я не злился на него, он мой лучший друг. И он однажды спас меня от такого, что никакие минотавры рядом не стояли. Хотя бы дайте ему шанс переубедить вас, хорошо?
— Да, да, — отозвалась Горислава, утирая слезы, — он замечательный. И он вовсе не такой, каким хочет казаться. — Она глубоко вздохнула, — я надеюсь, он будет счастлив. Но, простите, Ингимар, не со мной. — Горислава с любопытством взглянула на некроманта, — а можно узнать… От чего он вас спас? Что может быть страшнее минотавров?
Некромант поморщился.
— Страшнее…. — вздохнул он. — Моя дурость, очевидно. Просто однажды я кое-что потерял, очень важное для меня. И думал, что моя жизнь кончена, что я никчемен и абсолютно ничего хорошего у меня больше не будет. И едва не довел себя до самого дна. А он меня вытащил. Не бросил, не дал сдохнуть в какой-нибудь канаве. Именно поэтому как бы я не бесился, он всегда будет моим другом. И поэтому я очень прошу вас, Горислава, постарайтесь найти в себе силы и рассказать ему обо всем. Будьте с ним полностью откровенны. А то ведь у него фантазия такая бурная, он себе уже напридумывал всякой ерунды…
— Но я же ему уже все сказала! — простодушно ответила девушка, — он все знает. Что он мог напридумывать? Я сказала, что если бы была свободна, выбрала бы его. Но я не свободна, и потому я не даю ему ложной надежды, — она взяла ладонь Ингимара, крепко пожала ее и с чувством сказала, — спасибо вам! Спасибо, что не злитесь больше и что выслушали меня! У меня тоже не было старших братьев, но если бы были, я сравнивала бы их с вами. Простите, что отвлекла, вы же шли к Яролике, а я тут со своей болтовней. Идите скорее, наверняка она вас ждет!
— Кхм, — некромант кашлянул и, помявшись, все-таки решился. — Горислава, вы знаете, я может не в свое дело лезу, но все же позволю себе посоветовать вам рассказать Аурвандилу про своего жениха. А то он, видите ли, считает, что у него есть соперник сейчас, в которого вы влюблены.
Горислава слабо улыбнулась:
— Неужели он так и не выкинул из головы эту дурацкую идею про мою влюбленность в Маркуса? Я же сказала, что это вовсе не так!
— Вообще-то не в Маркуса, — смущенно сказал Ингимар. — Аурвандил оказался очень ревнивым влюбленным и считает, что вы обратили внимание на меня.
Он развел руками.
— Простите, я не хотел вас смущать и говорить об этом. Но раз уж у нас зашел этот разговор… И поэтому я вас очень прошу поговорите с ним. Вы на него удивительным образом воздействуете, он прекращает придумывать ерунду, когда вы рядом.
— Что?! — Горислава изумленно посмотрела на него. — Чтобы я в вас влюбилась? Да они что с Ярой, сговорились что ли? То она страдала, теперь этот… — Горислава осеклась и покраснела. — Наверное, мне не стоило этого говорить.
Ингимар мгновенно засиял.
— А она страдала из-за этого? — максимально спокойным тоном спросил он. — То есть… я не радуюсь, что она страдала! Но значит… ей это было важно.
Горислава лукаво взглянула на него и заверила:
— Очень страдала! Пока я ее не разубедила.
Ингимар едва заметно улыбнулся, вновь перевел взгляд на Гориславу и посерьезнел.
— И тем не менее Аурвандил действительно вбил себе это в голову. Так что вы все же постарайтесь разубедить его. И Горислава, простите меня за мои слова на кухне. Они звучали оскорбительно. Я не хотел вас обижать.
— Хорошо, — Горислава улыбнулась и кивнула, — я рада, что вы не думете обо мне плохо. Я поговорю с ним, чтобы он не ссорился с вами понапрасну. Я обещаю. Теперь идите скорее к ней.
— А вы к нему, — серьезно ответил Ингимар. — И все же подумайте о том, что наши боги не настолько жестоки.
Улыбнувшись ей на прощание, он повернулся и быстро направился вверх по лестнице в комнату Яролики.
Горислава со счастливым вздохом посмотрела ему вслед, повернулась и пошла по коридору к кухне, она уже потянулась к ручке, когда дверь распахнулась, и она едва не столкнулась с мрачным как туча Аурвандилом. От неожиданности Горислава отпрянула, а потом рассмеялась.
— Извините, я… Вы вышли очень внезапно.
