Ее сбруя оказалась розово-фиолетовой, с серебряными пряжками. Частью этой сбруи была такая плоская шапочка, которую надевают слонам на голову, и Мини сдвинула ее набок, когда терлась о скалы, так что шапочка закрыла один глаз и бивень. На бивнях у Мини были металлические наконечники, и я с радостью убедился, что оба бивня целы.
– Да не ослепла ты! – сказал я ей. – Опусти голову, а то мне не дотянуться.
Слониха тут же склонила голову. Она была действительно очень хорошо воспитана. Я стянул с нее всю эту мокрую, тяжелую кожаную сбрую, так что она соскользнула через хобот и упала слонихе на ноги. Мини переступила через нее и оказалась на свободе.
– Хорошо-то как! – сказала она, моргая серыми глазками. У слонов на удивление длинные, лохматые ресницы. – Закат!
– Это у меня уже третий за два дня, – сказал я, оборачиваясь поглядеть.
Солнце было у меня за спиной, и на водной глади, насколько хватало глаз, сверкали красно-золотые дорожки. Вода журчала, плескалась, шептала повсюду. И отовсюду мягко и сильно пахло водой.
– Где мы? – спросила Мини.
– На острове Романова, – ответил я.
Едва увидев воду, я сразу понял, где мы. Вода сливалась воедино, образуя то ли море, то ли огромное озеро, но слева она была ярко-голубой, как лагуна у коралловых рифов, с мелкими волнами, набегающими на белый песочек, а прямо передо мной – мутной, и берег там порос тростником. Справа тростники были выше, но тамошняя серая вода набегала довольно крупными волнами, и тростники раскачивались на ветру, которого мы не ощущали. Если прищурить глаза, становились видны линии, разделяющие разные воды. Они расходились к горизонту, как огромные ломти пиццы. Даже солнце, садящееся в алые и пурпурные облака, делилось на две части: почти целиком оно было оранжевое, но кусочек с краю был ярко-красный. Выглядело это действительно странно. Я вспомнил, как Дэйв говорил, что Романов живет на острове, созданном из частей нескольких миров, и понял, куда мы попали.
А еще я понял, что если Романов тут, значит мы в любой момент можем встретить его большую пятнистую кошку. И я вдруг осознал, что вовсе не так рад очутиться здесь, как мне казалось только что.
– Ох ты господи! – сказала Мини.
Она переминалась на передних ногах и потирала одной задней ногой другую. Выглядела она при этом точь-в-точь как огромная смущенная школьница.
– Как ты думаешь, нет ли в этом странном месте чего-нибудь поесть? Я такая голодная!
Я вспомнил, что где-то читал, будто слон может без труда справиться с тигром. Я немножко сглотнул и сказал:
– Сейчас пойдем и спросим. Но если мы встретим белесую тварь примерно такой величины, – я показал рукой себе по середину груди, – не могла бы ты… э-э… ну, типа лягнуть ее? Или, может, наступить на нее?
– Могла бы, наверное, – неуверенно ответила слониха. – А она опасная?
– Опасная, – сказал я. – Но если при ней будет Романов, то тогда все в порядке. Она его слушается.
– Это хорошо, – сказала слониха.
Мы повернулись спиной к скроенному из лоскутов озеру и стали подниматься по травянистому склону к центру острова. Я стрелял глазами во все стороны, опасаясь увидеть большую кошку. Мини жадно потянулась хоботом к большой роще немного в стороне, которая переливалась тремя видами зелени благодаря все тому же лоскутному эффекту.
– Я могла бы поесть вот это! – с надеждой сказала слониха.
– Романов этого не одобрит, – сказал я. – Пошли.
Мы пересекли разделительную линию, вступили на более желтую траву и принялись осторожно пробираться через какие-то кусты. То есть это я осторожно пробирался, а Мини-то просто перла напролом, и, если бы кошка была там, мы бы об этом узнали. К счастью, ее там не было. В конце концов мы вышли к отрогу холма рядом с высокой кирпичной стеной. Я не мог заглянуть через стену, но Мини могла. Она то и дело тянулась хоботом за стену и тут же виновато его отдергивала.
– Что, там это животное? – спросил я.
– Только растения, – ответила Мини. – Они очень вкусно пахнут.
Мы обогнули угол стены, и я с опаской уставился на новый кусок воды. На этот раз вода была глубокая и синяя. У берега стоял длинный низкий дом, окруженный несколькими соснами. Дом был действительно элегантный – он немножко смахивал на виллы миллионеров, которые показывают по телику. Мне была видна вышка для прыжков в воду, большие венецианские окна и стены, отделанные новехонькими деревянными панелями. Большой кошки, к моей радости, видно не было.
– Почти пришли, – сказал я, и мы двинулись вниз, к дому.
Как только мы спустились с холма и оказались на площадке рядом с домом, на нас набросилась оголтелая стая кудахчущих кур. Меня едва удар не хватил. Куры забегали под ногами у Мини, и слонихе пришлось остановиться, чтобы на кого-нибудь не наступить.
– Наверное, они тоже голодные, – сказала она.
Потом пронеслась галопом белая тварь, и меня снова едва не хватил удар, пока я не понял, что это всего лишь коза. Она была почти такого же роста, как та наглая кошка.
– Ты хочешь, чтобы я наступила на эту козу? – с сомнением спросила Мини.
Коз я не люблю. Я не выношу их запаха, и глаза у них безумные. Да еще и рога!
