Нет эмоций, желаний, нет страха. Боли нет! Только холод. Ничто не растопит его. Пока я ничего не чувствую, я неуязвим. Этот проклятый, спасительный холод внутри. И никто больше не причинит вреда…
Пара шагов в сторону входа ещё до того, как раздаётся стук. Первый порыв – открыть. Одёргиваю себя. Даже если руки заняты, ОН просто распахнул бы дверь с помощью Силы.
Кто? Прикрываю глаза. Мысленно тянусь за порог. Двое? Нет, трое! И повозка или даже… карета? Запряжена парой лошадей белой масти. Не светло-серой, а именно белой. Редкость!
Ловушка? Проверка? ОН вполне мог придумать что-то в этом роде.
Повторный, более настойчивый стук выводит из раздумий. Тянусь к ручке, но вовремя успеваю опомниться.
Где зеркало? Заглядываю в серебристую гладь с потрескавшейся по краям амальгамой и кривлюсь от отвращения. Я так похож на НЕГО. Он мог бы гордиться… Если бы не изъян, который напоминает о ней. О моей матери!
Медленно провожу ладонью по голове, нашёптывая заклинание. Стук становится нетерпеливым. Хмурюсь. Гнев поднимается из глубины сознания. Выпроводить. Наслать буран. Погрести под снегом вместе с каретой. Заморозить. Погубить! В перстне, единственном, что осталось после её ухода, бушует ураган.
С вежливой улыбкой открываю дверь прежде, чем незнакомец постучит вновь. Он так и замирает с поднятой рукой, изумлённо воззрившись на меня.
– Чем обязан неожиданному визиту?
Вместо ответа пожилой тучный мужчина с раскрасневшимися от холода щеками отвешивает низкий поклон. Ко мне никто не обращается с таким уважением. Понятно, кого он ожидал застать.
– ЕГО нет дома. Ничем не могу помочь.
Начинаю закрывать дверь прежде, чем пришелец опомнится и сообщит о цели визита. Опешивший толстяк не успевает даже распрямиться, но…
– Стойте! Умоляю!
Тонкие пальчики ложатся на дверную раму. Ещё мгновение – и я размножил бы суставы на её ухоженной ручке. «Дура!» – едва не вырывается у меня. Вместо этого распахиваю дверь:
– Если бы я не предугадал ваши действия, пришлось бы срочно искать лекаря. А наш город не славится хорошей медициной.
Угрюмо смотрю на запыхавшуюся девушку. Её рывок от кареты к дому говорит лучше слов – дело важное. Но это не мои проблемы. Самая красивая девушка на земле поднимает на меня взгляд зелёных глаз. Даже в те месяц-полтора, когда в нашу вечную зиму заглядывает мимолётная весна, трава здесь не бывает такой насыщенно-изумрудной.
– Пожалуйста, Элиас!
– Я НЕ Элиас!
