Астер бросает на меня строгий взгляд и резким жестом указывает на то, что мне не мешало бы закрыть свой рот, пока никто не услышал. Она права, какое я имею право лезть в чужую избу со своим уставом? И все же меня буквально рвет изнутри на куски. Кому как не амазонкам знать, что такое растить детей в общине, а по достижению шестнадцати лет подвергать «финальному тесту», что определит твоё место в обществе. Еще утром, я размышляла над тем, как мудро построена система Криоса, раз они дают право голоса не только правителю, а и лидерам из народа, сейчас же меня распирает возмущение от того, как можно имея такие возможности допускать те же ошибки. Такое впечатление, что эта их Ирис слизала шаблон законов, правил и устоев у амазонок.
Точно! Так вот кого она мне напоминает – амазонку. Властный взгляд, стремление к лидерству, естественная красота… Эта женщина, со своим темпераментом, вполне могла бы быть одной из нас.
Желчь подходит к горлу. Хочется что-нибудь разбить, чтобы выместить злость. Мне обидно за детей Криоса, они даже не представляют, на что их обрекают интеллектуально развитые взрослые. Но в то же время, если подумать о заморенных малышах из района бедняков, возможно жизнь в таком формате, показалась бы им гораздо ярче существования, на которое они обречены сейчас.
Мои щёки пышут жаром, при виде восторга элиты Криоса волна удушья подкатывает к горлу. Мне нужно на воздух. Вот только нет выхода из этой стеклянной ловушки, мы не гости, мы – узники неоднозначного гостеприимства.
Как ни странно, возню в зале приглушает правитель Марк Ксалиос. Он благодарит Ирис, призывает гостей к тишине и приглашает следующего и последнего на сегодня оратора – лидера мужской партии «Альфа», Макса.
Искренне стараюсь совладать со своими эмоциями, но узкий корсет и духота в зале только усугубляет моё удушье. Хватая жадно воздух ртом, я издаю пищащие звуки.
– Все в порядке? ― обеспокоенно спрашивает Клиери, хватая меня за руку.
Я киваю, потому что не могу выдавить из себя две связанные в слово буквы. Выглядит неубедительно. Клиери тащит мать за руки, карабкаясь через троих девушек. Взволнованная Астер, оглядывает меня, трогает мой холодный, потный лоб, и выпроваживает из зала. В сопровождение никого не дает, слишком невежественно разгуливать по коридорам в разгар презентации, но я и этому освобождению рада. Мне велено найти Анну. В ближайшие несколько дней её работа – нянчиться со мной, а сейчас, судя по всему, самое время.
Выйти из зала оставшись незамеченной не составило труда, гости слишком заняты друг другом и выступающим. Закрываю за собой дверь. Кажется, воздух стал свежее. Я глубоко вдыхаю и выдыхаю, подпирая спиной стену. Коридор пуст. И где мне искать Анну? Да и зачем… Я вполне сносно себя чувствую, но возвращаться желания нет.
Звон скачущей по мраморному полу вазы эхом отбивается от стен, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. Интересно, кто это такой неуклюжий расшумелся? Не думаю, что кто-то из званых гостей осмелился пропустить презентацию законопроектов.
– Вот черт! ― приглушенно слышно ругательство.
Затаившись за поворотом коридора, я выглядываю из-за угла. Молодой охранник, склонившись на одно колено собирает с пола рассыпанные белые каллы и небрежно запихивает их обратно в напольную вазу.
У парня широкая спина и крепкое телосложение. Представляю, как он сбил вазу, не совладав со своим огромным телом. Не сдержавшись хихикаю, тут же закрыв рот руками, но уже слишком поздно. Переполошившись он оборачивается в поисках свидетеля его неуклюжести, но я успеваю затаиться. Слышу шаги: он двигается в противоположную сторону. Пользуясь случаем, еще раз выглядываю из-за угла. Не знаю почему, но мне хочется разглядеть его внимательней. Маленькие иголочки покалывают кончики пальцев.
Дверь в конференц-зал распахивается, сообщая мне, что официальная часть окончена. Жаль я так и не услышала, какие гениальные идеи продвигала партия мужчин. Тороплюсь к толпе, нужно успеть перехватить амазонок, пока я совсем не потерялась во дворце.
Судя по неутихающей болтовне среди гостей, презентация лидера партии «Альфа» никак не впечатлила публику, все разговоры только о генетическом контроле рождаемости.
– Вот ты где! ― окликает меня со спины Энея. ― Тебе лучше? Где Анна?
Я улыбаюсь и опускаю глаза, стыдно признаться, что такая неженка. Это же надо было такому случиться! Не выдержала элементарной духоты… Как здешние женщины терпят эти корсеты? Как по мне, это не просто неудобно – это вредно для здоровья!
– Все обошлось. Я не звала Анну, ― успокаиваю я Энею.
Гостей приглашают на аукцион. Те, кто не желает принимать участие в торгах могут спускаться на фуршет, где их будут ждать не только вкусные закуски, но и приятная музыка в исполнении легендарного оркестра, что был приглашен специально к событию года.
