– А потом я начал слабеть. Я ничего не ел сутки. Даже моченую чечевицу, которой утолял голод раньше. Рассудок покидал меня, тело содрогалось. Причем то был не транс и не блаженный экстаз. Мне становилось плохо, я терял сознание. Уже не помню, не помню, как было. Но да, я рухнул, я все же не выстоял, свалился, впал в забытье. Потом проблески. А затем мрак. Я то возвращался, то уходил во тьму. Туда-сюда несколько раз. Сколько – не знаю. И вдруг – вот оно. Передо мной предстала картина. Она повторялась раз за разом. Дорога, она вела вперед по равнине к горам, далее склоны, скалистые склоны, деревня, нежилая, разрушенная. Церковь, лишенная святости, оскверненная. И снова дорога. Дальше и дальше от поселения к подножью гряды. А там вход, большой резной портал. Внутри – залы, коридоры, жертвенники, словно святилище. И путь. Как будто я шел сам по проходам – нет, не блуждал, не искал – шел туда, куда надо, и узрел ее. Она была передо мной, святыня. Тогда тело мое содрогнулось. Я резко сел, дышал, будто человек, который захлебнулся и пришел в себя. Я увидел его высокопреподобие. Он снова оказался рядом в самый нужный миг. Я говорил не переставая. Раз за разом описывал все, что было в видении, каждую деталь, пока образы стояли перед глазами. Далее я опять провалился в небытие. Весь день я пролежал в постели, в основном спал, иногда меня кормили чем-то жидким и сладким. А на следующий день его высокопреподобие заявил, что понял, где реликвия. – Брат Просперо замолчал – кажется, пришел в себя.
Он снова потупил взгляд, ссутулился и сильнее сжал поводья.
– Удивительная история, – произнес сэр Даргул. – Никогда бы не поверил, если бы не узнал ее из первых уст.
Тэдгар сообразил: мастер лукавит. Он, конечно же, слышал рассказы и поинтереснее. Но, видимо, хотел поддержать нового знакомого.
– Наверное, мы сейчас едем по той самой дороге, которая предстала вам в видениях? – продолжил старик.
– Да, именно так. Я узнаю ее, – ответил провидец.
– А что за подземелье? Там ведь хранится реликвия, судя по всему? – решил продолжить разговор магистр.
– Да, там, но я не могу ничего сказать о нем. Однако его высокопреподобие говорит, будто это может быть лишь одно-единственное место.
– Я расскажу, – подал голос Иан. – Земли моего отца лежали как раз за теми горами. – Рыцарь оглядел собеседников и понял, что те приготовились слушать. – Так вот, очень давно, во времена первичных магов (правда, у нас их по-другому называли, но неважно) деревня на месте Бинзенау уже стояла. Жили там совсем не тальмарийцы и даже не ульпийцы. Именуют то племя по-разному. Но, сдается мне, настоящее название народа напрочь утеряно. Как-то раз прилетел в те края дракон и обосновался в пещере недалеко от селения. Спустился змей к людям и велел им приносить ему к пещере быков и овец, а не то спалит он все дома и убьет всех крестьян. Некоторые рассказывают, будто требовал он не домашний скот, а младенцев, иные же – лучших юношей и девушек. Но умные люди считают, что это говорится, дабы сгустить краски.
Так или иначе, но кормили дракона селяне несколько лет и поклонялись ему как богу. И вот пришел в деревню маг. Звали его Ганзелинг. Он заявил, что готов убить лютого зверя, если люди сделают его своим вождем и будут почитать. Но старейшины убоялись. Они отказались от предложения мага, говоря, что если он учинит битву со змеем, то определенно проиграет, и тогда грозная тварь точно не пощадит деревню. Однако своенравный Ганзелинг сказал: «Если не хотите по-хорошему, будет по-плохому». Он все равно отправился на битву и пригрозил сделать всех крестьян рабами по возвращении.
Иан приблизился к главному событию истории, сделал выразительную паузу и продолжил:
– Когда Ганзелинг ушел, сельчане стали готовиться к худшему: одни собрались бежать, иные же начали заранее оплакивать друг друга, старейшины держали совет, как им задобрить змея и убедить его, что они никак не связаны с дерзким чародеем. И все постоянно поглядывали в сторону гор. И вот от змеиного логова послышались страшные звуки: гром, свист, треск и рев. Вспышки света ослепляли людей, всполохи пламени поднимались до самого неба. Долго шел бой, но к закату все затихло. Однако сейчас принято говорить, будто сражались три дня и три ночи. Люди с тревогой ждали, когда прилетит дракон. А его не было и не было. Некоторые начали поговаривать, а не удалось ли колдуну одолеть чудище. Но и чародей не появлялся. Хотели было сходить поглядеть, но страшились.
