А вот те, что вызывают приятные галлюцинации - они ведь просто растут и не пытаются тебя сожрать? Я подумал об этом, но собрал достаточно силы воли, чтоб не сказать вслух. Плохо выглядеть идиотом, и уж точно плохо выглядеть самонадеянным идиотом несколько раз подряд.
- Какая у вас мирная флора.
- Ага. Добро пожаловать в мою страну, - грустно произнес йрвай. - Хотя, по-хорошему, это следовало бы сказать, когда войдем в лес.
Рассасывая конфету и упаковывая часть вещей обратно в карманы, я поинтересовался у Локстеда, набивающего заплечную сумку:
- Но как вы живете в лесу, если он такой опасный?
- Мы живем не в самом лесу, иначе давно бы уже вымерли, - пояснил он. Я почесал бороду и предположил:
- Копаете норы?
- Почти, - усмехнулся Локстед, - дойдешь - увидишь сам.
- О, небо... ты как будто поступил на службу в Тайную Канцелярию. То тебя не заткнуть, теперь слова не вытянешь.
- А ты сильно любишь рассказывать о местах, в которых был лет десять назад?
- Я их плохо помню. Но для тебя-то это - не оправдание.
Он загадочно ухмыльнулся, продев в ремень сумки плечо и ушастую голову:
- А теперь представь, что место, в котором ты побывал десять лет назад, имеет странное свойство все время меняться даже в ключевых своих особенностях. И кусочек земли, который был от тебя на расстоянии в тридцать миль, теперь может оказаться удаленным на пятьдесят.
Помолчав немного, йрвай добавил:
- Я не могу дать никаких гарантий, Рихард. Возможно, из обширного пласта знаний, которыми я обладал, кое-что осталось на прежних местах, прежнего цвета и с теми же свойствами. Но, возможно, и нет. И это меня бесит больше всего - спустя не слишком большой период времени может оказаться, что я ничего не знаю о стране, где имел честь родиться.
Я промолчал. Я был слишком ошеломлен произошедшим, чтобы возмущаться еще больше. И попутно жаловаться на жизнь, да. Главное - никогда не забывать жаловаться на жизнь, в итоге жизнь либо одарит тебя пряником, либо угостит плетью, устав от ноющего пасынка.
Впрочем, спустя буквально час, когда мы уже пересекали вторую речушку, жизнь стала немного светлее. Я добыл рыбу. Мечом. Не знаю, куда я там поразил тело крупной рыбины, серебристо поблескивающей на солнце, но после осторожного обследования Локстедом и поспешной поджарки на костре мы сожрали ее полностью, оставив только кости и внутренности. Даже голову мой проголодавшийся спутник обгрыз так, что голову в ней можно было опознать чисто номинально, по костям.
Повторить подвиг мне, к сожалению, не удалось, но чувство насыщения пришло в мой живот и уютно разлеглось там.
- А колдовать ваши растения умеют? - лениво спросил я, помешивая веточкой угли маленького костра. За пределами Леса, так поразившего мое воображение, еще можно было найти и хворост, и вполне обычных, миролюбивых представителей арн-гессенской флоры.
- Я бы не назвал это магией... скорее, странные свойства самих растений.
- Например?
- Ну, есть ртоккат. В переводе на Общий - жуть. Выглядит как небольшой куст с ветками бордового цвета, усыпанными желтыми иглами. Так вот, через маленькие полости ртоккат втягивает воду, каким-то образом ее замораживает и может выпускать под большим давлением, убивая насекомых и мелких зверьков. Для нас неопасен.
- А столичные маги тут же накатали бы трактат о том, что растение владеет стихийной магией и его надо изучать, а под изучение желательно выделить из казны большую сумму на закупку необходимых реагентов, - хмыкнул я.
- В точку. Еще есть штука, которая умеет нагревать воздух, но тоже не особо опасна.
- Мы идем в место, наполненной кучей растительности, способной нас убить. Сзади - люди, не только способные, но и яростно желающие нас убить, поскольку, подозреваю, за наши головы им выплатили огромную сумму денег. Прелестная перспектива.
- Отдал бы все состояние, чтобы в этой ситуации оказался кто-нибудь другой? - понимающе кивнул йрвай, исподлобья оглядывая окрестности своими большими янтарными глазами.
Я ухмыльнулся:
- Половину максимум. Пошли?
- Ага. Еще две реки, от четвертой сможем свернуть на юго-запад. Там когда-то был довольно широкий проход, я на него очень рассчитывал, когда мы делали флевилл.
- Но в случае неудачи пришлось бы идти вперед и расчищать дорогу для "Йоты"?
- Боюсь, что в случае неудачи нам пришлось бы оставить "Йоту" на окраине Леса и уйти вглубь без груза, взяв только самое необходимое, - осадил он мой энтузиазм. - И, в любом случае, она уже лежит где-то на дне грудой обломков.
- А жаль.
- Конечно, жаль.
- У меня на родине есть поговорка - лучше плохо ехать, чем хорошо идти, - поделился я мудростью предков.
Локстед справедливо заметил:
- Лучше вообще хорошо ехать.
