Помучившись некоторое время, я снова пошел вперед. Непреодолимую человеческую уверенность в том, что если есть ход, значит, он куда-то обязан привести, не пошатнуть ничем. Как говорится, если я что-нибудь в чем-нибудь понимаю, то дыра - это нора, а нора - это кролик. Вот только сомневаюсь, что кролик, который строит себе нору в виде каменного тоннеля - подходящая компания. И все эти камни на постаментах. Откуда такая любовь к искусству, причем в столь неординарной форме?
Впереди стало проявляться какое-то разнообразие, которое при ближайшем рассмотрении оказалось... тупиком. Я зло сплюнул. Завал из камней неправильной формы, однако, вверху, у самого свода, имеются щели. Пролезу? Не идти же назад.
Вздохнув в очередной раз, я полез заниматься альпинизмом в мелких масштабах.
Как отличить опытного искателя приключений от неопытного? Опытный ходит, говорит, дышит, ест, пьет, заводит новые знакомства... в общем, проявляет все качества, которые и положено проявлять живому и здоровому человеку. Неопытный имеет неплохую возможность остаться мертвым телом в ближайшей авантюре. Он еще не привык всеми доступными чувствами собирать, анализировать, выдавать на-гора верное решение, зачастую выглядящее интуитивным.
Моя невнимательность, скажу честно, могла погубить меня сотню раз. Из них с десяток - только за путешествие в Теджусс. Наверное, даже увеличу цифру до двадцати. К чему я это? А вот скажите честно, если вы лезете по каменному завалу, и ни один камешек даже не пробует пошатнуться - посчитаете ли вы обстоятельства абсолютно нормальными? Или я один такой идиот?
Почти добрался до потолка. Груда камней подо мной начала шевелиться, я подумал, что сползаю и обхватил ближайший камень, покрупнее, плотно сидящий в кучке других. И зажмурился от ослепительного блеска. На поверхности серого, почти черного булыжника внезапно загорелись два ярких фонаря, которые меня и ослепили. Я, прикрываясь рукой, начал нащупывать дорогу назад, но голем повернул голову и посмотрел на меня.
- Ой, - сумел выдавить я и заскользил вниз, тормозя ногами. Приземлившись, едва не упав лицом вниз, я развернулся и узрел гигантское тело, с которого ручьями текли камешки поменьше. На будущее - не лезть на подозрительно выглядящие завалы в тоннелях. Я с отчаянием посмотрел назад, ища хоть малейшую щель, куда можно было бы протиснуться. Глухо: стена, стена, пол, потолок. Лампы, экспозиция негостеприимного хозяина.
Я исподлобья посмотрел на голема и рискнул спросить:
- Ну... раз вы не знаете, где тут выход, я, наверное, пойду?
Он угрожающе загудел, и от звука у меня мурашки пошли по коже, а сердце провалилось куда-то в район пяток. Точно не знает. И я рванул обратно - единственный способ хоть как-то оттянуть близкое знакомство с охранником замечательного музея.
"Мать, мать, мать, я же не расхититель гробниц какой-то, кнутом не владею, да и шляпу забыл", промелькнуло в голове. Вслух я ни слова не сказал, старался сохранить дыхание, но, судя по грохоту сзади, мы обучались у разных наставников, преподающих такую жизненно важную дисциплину, как бег. Ужасное существо догоняло, попутно сбивая большинство ламп, так что еще и свет за моей спиной гас, конечно же, добавляя мне решимости.
Я пытался смотреть под ноги, но не выдержал и оглянулся. Голем уже заносил массивную конечность для удара. Вскрикнув, я отскочил к стене, попятился и тут же споткнулся об очередной дурацкий постамент, позорно растянувшись и пытаясь уползти, а если не уползти, так хоть вжаться в стену. Паникующий мозг не позволял телу сделать хоть что-то для спасения обоих частей меня.
Вторая рука нависла надо мной и стремительно опустилась.
Боль, темнота. Тишина.
которой все хорошо, насколько в принципе может быть хорошо в данной ситуации
М. М-м-м. Все тело болит, как будто бы его топтал многотонный каменный слон.
Из этого печального факта можно сделать вывод - я еще жив. У мертвого, как известно, болеть нечему. Но, если я все еще нахожусь в подземелье...
Я открыл глаза, и с облегчением обнаружил над собой зеленые кроны теджусского леса. Эти огромные ветви и листья не спутаешь ни с чем. А, повернув голову ценой немалых усилий, обнаружил и Локстеда, сидящего у корня кредреххе и с беспокойством наблюдающего за мной.
- Очнулся? - спросил он, поднимаясь на ноги. Прикрыв глаза, я утвердительно что-то промычал. Меня растормошили, шерстистой рукой похлопали по щекам:
- Эй! Не вздумай сейчас засыпать. Газ еще не до конца выветрился. Я должен был подумать о том, что какие-то из наших растений действуют на тебя по-другому.
- Ты предупреждал, - сделав над собой усилие и открыв глаза, прошептал я. Чувствовал себя, мягко говоря, хреново. Настолько, что про "идти куда-то" не могло быть и речи.
Локстед вздохнул:
- Надо было десять раз предупредить. Ты видел кошмар?
Я подтвердил движением век.
- Пытки, сражение?
