— Понятия не имеем, — вступил в разговор все также беспечно улыбающийся Кот. — Может, вчера натаскали. А может, с прошлого ледникового периода лежит. Но факт на лице: специально или нет, но там было подготовлено отличное место для засады. Мы решили кучу обвалить. Мало ли — ветер не вовремя подует, ящерица пробежит, хвостиком махнет… В общем, нет больше ловушки.
— Тропинки тоже, — мрачно заметил Павлик. — Ладно, сейчас выйдем на плато, устроим привал. Тут идти всего ничего осталось, пару часов. А обеденное время уже прошло.
Привал оказался как никогда кстати. Тем более, что место было замечательное. Огромная площадка на небольшом возвышении, с местом для костра посредине и рядом камней вокруг. То есть даже если неведомый противник появится (а то, что противник есть и это не стая диких собак, сомнений уже почти не оставалось), то отбиваться будет проще. Но на мой прямой вопрос, что он думает по поводу засады, Павлик предложил оставить разбор полетов на будущее. А пока не городить гипотенуз на пустом месте.
Подкрепившись сухпаем и местным чаем (непривычно, но вкусно и бодрит), отправились дальше. Местность пошла вниз, вскоре снова появилась травка, а за ней и рощицы. Больше на нас никто не нападал, хотя один раз мне показалось, что среди деревьев неподвижно стоит на задних лапах тот самый, нарисованный Пикассо ящер с ненавидящим выражением на морде. Правда, выражение морды я заметить не успела, а когда вскинула автомат, чтобы взглянуть «вооруженным взглядом» (через прицел), у дерева никого не было. Видимо, усталость сказывается, всякая хрень мерещится.
А через пару часов, когда тени начали опасно удлиняться, послышался шум воды. Вскоре подошли к обрыву, метров десять высотой. Внизу был настоящий каньон, а по каменистому руслу мчалась горная река. Небольшая. Метров десять шириной. Но с невероятно чистой водой. И пляшущими на камнях бурунчиками.
— Почти пришли. Сейчас запустим ракету и найдем форт. Следить в обе стороны, не помню, выше мы вышли или ниже.
Форт оказался чуть выше по течению, на берегу озерца, в которое падал красивый водопадик. А еще от водопадика шли толстенные провода. Видимо, там и стояла мини-электростанция. Метрах в десяти от пляжа возвышалась бетонная стена, за которой виднелась островерхая крыша с флагштоком. А на ней флаг. Красный, с серпом и молотом. А в открытых воротах, сердечно раскрыв объятия, стоял все тот же хитровыдуманный прапорщик, Игорь Палыч.
— Привет, связь! Вы чего задерживаетесь? Ужин стынет!
Торжественный ужин прошел более, чем успешно. Особенно после того, как Кот достал откуда-то из недр связистского ЗИПа пару литровых стеклянных флаконов. Сравнили разведенный спирт с полученным Игорь Палычем самогоном и наливками из местных плодов. Оригинальный вкус, нужно сказать. А уж местная рыбка вообще оказалась выше всяких похвал. Не зря на земле так ценятся всякие там древние типы рыб — будь то осетровые, ровесники динозавров или кистеперые Латимерии, которых местные жители особо ценят за жирное белое мясо. Потравили байки — наши рассказали пару анекдотов из гарнизонной жизни, в красках описали сегодняшний поход (честно говоря, умелым рассказом Кот превратил его в укороченную версию «Хоббита»), я аж сама заслушалась.
Засиделись допоздна. А когда уже все расходились (мне выделили в Форте отдельную комнату!), прапор взялся провожать. Сказал, что заодно отгородит от приставаний «изголодавшегося по женскому обществу» солдатского коллектива.
— А как там вообще, что тебе интуиция подсказывает? — вдруг остановился он в дверях.
— Вообще? — растерялась я? — В каком смысле?
— Да ладно тебе, все свои, — перешел он на «конспиративный» шепот. — Я, может, и не все знаю, но жизнью тертый. И вижу, что не все так просто в этой конторе. И вот чует моя… скажем так, сердце, что надвигается большой шухер. Только сижу я тут, на отшибе, не все знаю. А ты там в центре, за пульсом следишь. И чуйка тебя тоже есть, уверен. Ну, что скажешь?
— Да не знаю я ничего, — пожала я плечами. — Я кто, мелкая затычка в бочке. Меня сюда закинули, я ни сном, ни духом…
— Ты давай, не прибедняйся! — строго оборвал прапор. — Я прапорщиком два срока оттрубил, разбираться в людях тоже умею. Ты с этой бандой в никаких отношениях. Для военных ты, может, и курсант, но со спецкурсом у тебя отношения странные. К начальству там, на материке, ты тоже отношения не имеешь. И здесь ты не спроста. А была бы ты такой простой, как эти придурки себе возомнили, тебя давно бы в живых не было. Так что давай, колись, чуешь чего?
— Ну… есть такое дело. Но ничего определенного. Похоже, Стрингер тут копает против Магистра, военное начальство само по себе что-то мудрит, магистр что-то делит со спонсорами на материке… Но вот когда конкретно этот гнойник созреет и как лопнет — это сказать не могу.
