— Ты еще сердишься на меня? — спросил он, взяв мое лицо в ладони, чтобы лучше видеть реакцию.
— Да. Потому что ты никогда мне ничего не объясняешь, и я беспокоюсь, что ты рискуешь своим банком. Что ты будешь делать, если она обратится в Швейцарский банковский Совет? Ты можешь все потерять.
— Во-первых, тогда ей придется объяснять происхождение денег, во-вторых, всё, что я делал, полностью соответствует закону. И ей прекрасно известно, что таким способом она меня в угол не загонит. Почему, ты думаешь, она устроила эту сцену? Чтобы я мучился бессонницей от угрызений совести? Я тебя умоляю, Гунтрам! Нет, она попыталась ударить меня в мое слабое место, если можно так выразиться… — раздраженно сказал он.
— Я не понимаю.
— Она не дура. Она поняла, что ты мне не безразличен, поэтому и нагородила всю эту ложь о голодающих детях и предательстве. Теперь ты понимаешь, зачем нужно правило, что никто не должен становиться между нами? Враги всегда будут пытаться вбить между нами клин, чтобы достать меня.
И опять у меня долго не находилось слов…
— Наверное, ты заплатил огромные деньги, если тебе нужна комиссия около 700 миллионов, чтобы покрыть расходы, — прошептал я.
— Мой банк предлагает прекрасный сервис по более чем приемлемым ценам, — величественно сказал он.
— Оставь это — я не собираюсь открывать у вас счет, — полушутя ответил я, желая ослабить напряженную атмосферу, сгустившуюся вокруг нас.
— У тебя есть пять миллионов?
— Да — в моей коробке с «Монополией».
В этот раз он рассмеялся по-настоящему.
— Пойдем спать, Гунтрам. Хватит с нас на сегодня.
Auf — давай [делай что-то] (нем.)
** Ms — нейтральное обращение к женщине безотносительно ее семейного положения.
*** Ка' д’Оро — дворец на Гранд канале, где располагается галерея Франкетти (коллекция живописи, скульптуры и керамики).
**** Примечание автора: Geboren означает “урожденный”. Это слово использовалось немецкой аристократией до Первой Мировой войны, чтобы подчеркнуть благородное происхождение человека.
* LECOP (Letra de Cancelaci'on de Obligaciones Provinciales) — облигации, выпущенные национальным правительством Аргентины в годы экономического кризиса (выпускались в 2001-2002 гг.) Хотя LECOP были задуманы как средство для замены официальной валюты (аргентинское песо) в связи с тем, что в стране не хватало денег для погашения долгов провинций, в некоторых случаях облигации LECOP не принимались в качестве действительных платежных средств. Официальный курс к песо — 1 к 1.
** Хедж-фонд — частный инвестиционный фонд, применяющий более рискованную политику инвестирования, чем, например, пенсионные фонды. Хедж-фонды управляются профессиональным инвестиционным управляющим, получающим вознаграждение за управление и процент от прибыли.
Комментарий к "12"
========== "13" ==========
6 января
Я проснулся потому, что кое-кто прокладывал дорожку голодных поцелуев от моего рта к уху. Не открывая глаз, я обнял Конрада за шею и прижал к себе, непроизвольно выгибаясь спиной и подставляя ему то место, где он мусолил ткань моей пижамы. Он навалился сверху, и мои бедра оказались притиснуты к его мужскому достоинству.
— Если Фридрих здесь, я тебя убью, — пробормотал я, покрывая поцелуями его щеку и шею.
— На горизонте чисто, — хихикнул он. — Ты такой распутный по утрам, Maus, — шепнул он мне, куснув за мочку уха. У меня вырвался стон.
— Не знаю такого слова. Тебе надо больше стараться, — ответил я, чувствуя, как твердеет член, заинтересовавшийся нашей возней.
Я открыл глаза. Пальцы кололо от желания прикоснуться к нему так же, как он трогал меня. Он ничего не сказал и позволил мне исследовать его лицо, шею и спину. Потом повернулся, его торчащий член задел мой, и я совсем осмелел — принялся расстегивать пуговицы на его пижаме. Под ней обнаружились широкая грудь и развитый пресс. Я вдруг смутился, подумав, что ему может не понравиться такая настойчивость, и убрал руки.
— Ш-ш-ш, не нервничай, можешь делать всё, что захочешь, — успокоил меня Конрад, ободряюще поцеловал в губы и немного приподнялся надо мной, перенося вес на локти.
Я стянул с него верхнюю часть пижамы, пожирая глазами нависающее надо мной тело. Он был массивен, но гармонично сложен и обладал ярко выраженной мужественностью и силой. Я пальцами проследил линию его мускулов.
— Тебе нравится то, что ты видишь?
— Очень, — сказал я рассеянно, покусывая нижнюю губу. Он довольно фыркнул и отстранился от меня. Мне сразу стало не хватать контакта.
— Сейчас моя очередь смотреть, — сказал он хрипло.
Когда я снова облизал губы, его глаза затуманились. Переживая, что могу ему не понравиться, я сел на кровати и начал медленно расстегивать пуговицы, глядя ему в глаза. Он смотрел странно, не упуская ни единого моего движения. Я отчаянным рывком отбросил пижамную куртку и замер, ожидая вердикта. Он безмолвствовал и не двигался, просто пристально смотрел на меня.
— Вот все, что я могу предложить. Больше ничего, — сказал я, огорченный отсутствием реакции.
