— Я думал, ты уже поняла, на ком летала в Хаддард, — хмыкнул тот. — И я, и дядя, и Джелвер, и все, кого из наших ты видела за столом.
— Да?.. Ах, да… конечно, — Кантана закрыла лицо руками и сидела так некоторое время.
Юта, кстати, не разделяла смятения хозяйки — она тут же свернулась на её коленях и сладко задремала.
— Ты только помни, что никто из нас не кусается, — добавила Мантина, — обе наши сущности добры и миролюбивы, — попробовала она шутить, при этом тревожно поглядывала на Ардая.
Он успокоил её кивком — всё нормально, дескать.
— Знаете, я тут вспоминала наш первый визит к императору, — прикончив свой травник, заговорила Мантина. — В кабинете у императора был Вейр. Княгиня, ты всё помнишь? Вы поговорили. Вейр сказал тебе, чтобы ты ничего не меняла в одежде, ничего не снимала и не надевала. Мне это показалось странным! Помнишь, ты уронила свою подвеску с шадом, и подняла её с пола? — она обращалась к Кантане, но говорила, в основном, для Ардая. — Ты ничего и не меняла в одежде, кроме того, что вернула на место подвеску. Скажи, ведь Вейр почувствовал бы, в подвеске ты или нет?
— Конечно. Это даже я почувствовал бы! — ответил вместо Кантаны Ардай. — Говоришь, Вейр одобрил Кантану без подвески, и запретил что-то менять? — он встрепенулся, глаза его заблестели, — вот оно! Теперь всё понятно! Ты без своего шада была открыта для воздействий, ему это было и надо! Но потом ты подвеску надела. Может, тебе внушали что-то? Звали? А ты была закрыта, — он вскочил, потом снова сел. — Зачем сделанные драконы, зачем разбили витраж? Не понимаешь?.. — он сверил взглядом Кантану.
— Нет! — и Кантана вспомнила, что говорил ей как-то муж, после первой их ночи в Шайтакане.
Он сказал, что она закрыта более других женщин. Закрыта, открыта… Что он тогда имел в виду, интересно?
— Тебя кто-то звал снаружи, — объяснял между тем Ардай, — ты должна была прыгнуть на спину дракону, что ли? Но зачем лишние сложности? Прилюдно, и стёкла бить! Нет. Вот если бы тоже стала драконом, и улетела в окно, которое как раз тогда и вылетело? А те два другие дракона были, просто чтобы отвлечь, чтобы не только на тебя все смотрели. И, может, затем, чтобы и тебя считали такой же маговской поделкой, ненадолго. Улетела, разбилась, пропала, магическая ошибка, вот и всё. Вейра потом спасли бы из тюрьмы. Приехали бы из Обители Хранителя и заморочили головы, кому надо. Они так и делают, он сам сказал, — Ардай всё больше воодушевлялся, ему нравились собственные предположения, так хорошо объясняющие эту кажущуюся бессмыслицу.
Кантана, слушая его, всё больше бледнела, и Мантина качала головой.
— Ты считаешь, что кто-то попытался бы превратить Кантану в дракона? Создать куклу-дракона с помощью магии глазах у императора и придворных? Я не верю, что есть такие безумцы.
— Да не создавать! Предки Кантаны — драконы, построившие Шайтакан! И она нечувствительна к магии, какая же тут кукла?
— Древних драконов больше нет! Довольно, тут требуется расследование, а не наши выдумки, — положила конец спору соддийка. — Всё будет хорошо, княгиня, поверь мне.
Кантана, которая всё-таки с трудом оправилась от потрясения, узнав, что собой представляет народ мужа, поняла, что не может рассказать про своё превращение. Не сейчас. Опять — не сейчас…
Ниберийка в Шайтакане дала правильный совет: повидать сначала «сумасшедших старух», то есть бабушку Витану и неизвестную «видящую». Так она и сделает.
— Завтра утром я хочу навестить княгиню Витану, в Касте, — сказала она, — вы поможете мне?
— Это само собой, — ни не секунду не усомнился Ардай. — И я пошлю людей в Хаддард.
Ночью Кантана не могла уснуть, сначала лежала в кровати, потом сидела в ней, обхватив колени. Вспомнила прошедший день, до мелочи. Кажется, перевернулось вообще всё. Она превращалась в дракона, пусть всего один раз. Её муж и народ мужа — тоже драконы, хотя никто в Итсване не знает об этом. И эти драконы не подозревают о том, что есть и другие драконы? Неудивительно, если и те, и другие прячутся. А где, кстати, эти другие? И кто они?
И… как же глупо, если так…
Вейр говорил, что князь Каста Розелин не имеет истинного права на княжество. Потому что он не дракон? А имени Круга — драконы? А ещё кто?
Драконам Каста, чтобы открыть свою сущность, надо попасть в лабиринт в подвале, пройти по нему заданный путь. Лабиринтов было два, в Шайкатане и в княжеском замке. Теперь остался один, который в Шайтакане.
Отец — не знал?..
Какая насмешка. Он мечтал найти способ приручать драконов, хозяйничал в драконьем замке, а сам и не подозревал, что женат на драконице. Ведь мама, получается, тоже драконица, только закрытая?
Соддийцы считают, что древние драконы вымерли. Драконов Каста они примут скорее за монстров, созданных магами?
Так или иначе, Кантане хотелось знать и понимать гораздо больше. То есть, сначала узнать и понять, а потом уж решать и делать. А то, что она натворила вчера в Хаддарде, всё же не совсем в её характере.
