Лили улыбнулась сама себе, вспомнив, как в одну из ночей Фил у костра исполнял потрясающую песню «I Just Died In Your Arms Tonight», глядя ей в глаза, и как все ее тело покрылось мурашками, а сердце громко стучало в груди, заглушая аккорды. Руна, влюбленная в Фила, тихо подпевала, крепко сжимая руку подруги. Жаль, что столь прекрасные вечера были омрачены кошмаром.
Отбросив жуткие образы, всплывшие в памяти, Лили собралась наверх, в спальню. Однако, проходя мимо дивана, заметила торчащие из-под пледа листы: Фил разглядывал ее рисунки? Где же он их откопал? Лили решила, что утром устроит другу взбучку, пока же у нее не было сил даже на то, чтобы принять душ.
– Их дала мне Нора, – объяснял следующим утром Фил, разливая кофе по кружкам. – Можешь спросить у нее, где она их нашла. Она сказала, что ты очень красиво рисуешь, и принесла мне стопку, чтобы я в этом убедился.
Лили так давно не наводила порядок в комнате дочери, что у нее не было оснований не верить другу.
– Понятно. – Ей хотелось поскорее сменить тему. – Ты уезжаешь завтра?
– Я планирую уехать утром, да. На работе накопилось много срочных дел, – тяжело вздохнул Фил. – Но… мне не хочется уезжать от тебя.
Лили улыбнулась и поерзала, натягивая рукава серого свитера на пальцы, затем взяла кружку и отпила кофе.
– И мне с тобой веселее. А Нора по тебе очень скучает.
– Слушай, Лили… – Фил откашлялся. – Мы…
Зазвучал рингтон, Лили жестом извинилась и побежала за телефоном.
– Мерфи.
– Лили, заеду за тобой через пятнадцать минут. Скоро будет готов ордер, – вместо приветствия сообщил Картер. В трубке раздался гудок автомобиля, и Лили чуть не оглохла. – Проезжай, чертов придурок!!!
– Э-э… хорошо. Жду тебя.
Лили убрала телефон и побежала в спальню, чтобы одеться. Она достала из шкафа светлые джинсы с высокой посадкой, зафиксировала их кожаным ремнем, заправила в джинсы белый лонгслив и закрепила на боку кобуру. На макияж времени не было, но Лили знала, что красива и без него. Чистые черные волосы рассыпались по плечам: ради эксперимента она решила оставить их распущенными.
– Ого, уже вызвали на работу? – Брови Фила взлетели вверх.
– Да, пора ехать, есть продвижение в деле. Так что ты говорил?
– Это тебе твой напарничек звонил?
Лили еле удержалась, чтобы не закатить глаза.
– Конечно. Мы ведь вместе ведем расследование.
– Мне он не нравится, – заявил Фил.
– Ты ему тоже, – хохотнула Лили.
– Послушай, я понимаю, ты… ты еще переживаешь о Дэне…
Лили нахмурилась:
– Что значит «еще»? Мой муж умер год назад. Нора потеряла отца, и ей всю жизнь придется нести эту боль. К чему этот разговор, Фил?
– Лили, прости. – Фил подошел вплотную и взял ее за руки, она ощутила его легкое свежее дыхание. – Я, наверное, тороплю тебя…
– Торопишь?! Фил, я всегда считала тебя своим лучшим другом. Что-то изменилось? – Теперь Лили точно поняла, что не готова к подобным разговорам.
Филипп уставился на нее темными глазами, выражающими досаду. Пока он пытался подобрать слова, в дверь постучали.
– Ты знаешь, где ключи, – бросила Лили и поспешила к выходу, хватая с вешалки дубленку.
Резко толкнув дверь, она чуть не сшибла с ног Картера.
– Доброе утро! – чересчур громко и нервно воскликнула Лили.
– Доброе… – Картер посмотрел куда-то за ее спину и тут же посерьезнел.
– Поехали. – Лили подтолкнула его с крыльца: еще одну сцены за утро она не выдержит.
Запрыгнув в машину, Лили пристегнулась. Фил наблюдал за ними, держась за ручку входной двери, и, когда Картер сдал назад, чтобы развернуться, захлопнул ее.
– Кажется, твой дружок не в настроении, – буркнул напарник.
– О, Картер, прошу тебя… – простонала Лили, хватаясь за голову. – Что говорит Дэвис? Мы с тобой будем жить?
– Он доволен результатами экспертизы. У нас есть зацепка, связь между двумя жертвами – Артур Фокс. Думаю, мы на верном пути.
Лилиан кивнула. Они направлялись в бюро, где их должен был встретить Курт. Картер сказал, что комиссар сначала проведет совещание, а уже потом свяжется с судьей и сообщит, куда ехать за ордером. Иногда, когда ордер был нужен срочно, а у судей были отгулы, приходилось ездить к ним домой.
Около бюро Картер свернул налево, чтобы заехать в их любимую кофейню. Напарники молча вышли из машины и проследовали в крохотное заведение. Картер в очередной раз забыл о дверном колокольчике и врезался в него лбом. Лили подавила смешок.
– Черт подери, Элис, когда ты уже снимешь отсюда эту бесполезную дребедень? – ругался Картер, отмахиваясь от колокольчика.
Женщина за стойкой, которой на вид было около сорока, хмыкнула, поправляя очки в круглой оправе. На ее лице появилась улыбка.
– Какой из тебя детектив, Карти, если ты ничего перед своим носом не видишь?
– Элис, можно, пожалуйста…
– Два капучино, один без сахара, другой с мятным сиропом, – отчеканила Элис. – Ага, круассаны ваши любимые завезли. С семгой и творожным сыром, а из сладких – шоколадный.
– Мне шоколадный, – сказал Картер, доставая наличные.
– А мне с семгой, – улыбнулась Лили.
– Как у вас дела с этим убийцей-художником? – заговорщически спросила Элис.
Напарники переглянулись.
– Художником?
