«Саша. Ты меня извини. Я просто не смог остаться в стороне, хоть ты и просила. Вы ведь мне оба дороги. Да, я сначала взбесился, что он с тобой. Но потом понял, что так даже лучше. Я его знаю и могу доверить тебя. Только понимаешь, в чем дело. Женька, он ведь умный мужик. Но иногда становится дураком, и только в одном случае — когда любит. Поэтому я и решил вправить ему мозги. Иначе он не только компанию свою потеряет, но и тебя. Теперь он точно знает, что ты не предатель, и дело не в том, что я ему дал в пятак, нет. Просто я ему выложил свои доводы. Ты бы видела его, когда он понял, что натворил. Прошу, не злись долго. Он идиот, но влюбленный идиот».
Ну вот, все на стороне Женечки, и пофиг, что я в больнице оказалась из-за него.
— Майская, за таблетками, — в палату заглянула медсестра и тут же ушла.
Я побрела на пост и получила горсточку лекарств.
— Врач выписала гормон, но у нас пока закончился. Попросите мужа приобрести, поступит — сразу получите. Да и вам еще пригодится. Надо бы прямо с самого утра принять. А сейчас вот свечки. Утром УЗИ и кровь. Ах да, вот еще. — Достает из-под стола две баночки. — И не забываем про постельный режим. Никакой беготни по этажам. Ясно?
— Скажите, а этот… гипертонус… он от чего? Перенервничала, да?
Я понимаю, что она не врач, но мне бы знать ответ.
— Наверняка и это тоже. Но в основном он просто так не случается. Сказывается переутомление, волнения, неправильный образ жизни. А самое главное — проблемы с гормонами. Отдыхайте и не волнуйтесь. Хорошо, что вовремя обратились за помощью.
Я возвращаюсь в палату и ложусь на кровать, непрестанно думая над словами соседки. Может, стоит простить его, просто, чтобы самой перестать волноваться и лезть на стену?
Возможно, он даже и не виноват. Учитывая темп работы, в котором я больше месяца, это могло случиться в любой момент. Хотя сложно отрицать, что спровоцировала приступ именно данная ситуация. Но я и сама виновата. Совсем не жалела себя последнее время.
Беру телефон и открываю сообщения босса. Целая куча извинений разными словами и обвинений себя в идиотизме.
Телефон начинает вибрировать. Звонок. Увидел, что я прочла сообщения? Неужто следил? Но брать не хочу. Не сегодня.
«Александра. Возьми трубку». И снова звонок. Нет, не могу. Мне нужно отойти. Утро вечера мудренее.
«Я понимаю, не хочешь говорить. Тогда просто прочитай. Я идиот. Отреагировал совершенно неадекватно. Прости».
Горько усмехаюсь. Эх, если бы папа был прав. Но я ни на секунду не поверю, что шеф может быть ко мне неравнодушен. А вот в то, что, обжегшись с Мариной и с Брагиным, мог и меня за одно воспринять, как предателя, верится больше.
«Черт! Саш, это глупо приносить извинения через сообщения. Получается сухо и неискренне. Можно я к тебе завтра приеду? Сможешь ненадолго выйти?»
Ждет ответа, но я не пишу.
Засовываю телефон подальше и отворачиваюсь к стене. Видимо так сильно устала, что опять засыпаю. И пусть весь мир подождет…
Глава 24
Стоя под окнами больницы и ожидая, что Саша сейчас появится, на чем свет корю себя за несусветную тупость. Это ж надо быть таким идиотом, чтобы поверить в подобную подставу. Не понимаю, как так получилось. Хотя нет, вру, все понимаю, к своему стыду.
Когда Виктор позвонил и срочно попросил приехать в офис, я даже не догадывался, чем это обернется. Сначала отказался, мне нужно было устраивать отца в новом для него доме, дожидаться доктора, познакомить маму с прислугой и много чего еще. Но юрист прошипел, что мы с ним крупно лоханулись, и если я сейчас же не попытаюсь все исправить, то он умывает руки.
Я извинился перед родителями и рванул на работу. Там было пустынно. Все, кто занимался проектом Туманова, сегодня заслуженно отдыхали. Кроме Вити. Он встретил меня в холле и не произнес ни слова, пока не поднялись в мой кабинет.
— Лучше тебе присесть.
— А тебе лучше начать говорить. Вить, хватит тянуть кота за… хвост.
— Я идиот, Жень. Прости меня. Это я виноват. — Выдал он загадочно, выбешивая меня все больше.
Я аж зарычал не понимая, что происходит. Какого хрена он несет? Сколько он мялся, столько я накручивал себя, пытаясь сам понять, в чем дело, и не в состоянии ответить на данный вопрос.
— Вить, имей совесть, говори уже! — рявкнул на него.
— Жень, я ведь думал, что она твоя баба, что не зря ты ей доверяешь, если б только знал…
— Леванов, о ком ты говоришь, а? Хватит стенать, как девица. Возьми себя в руки! — моего терпения просто уже не хватало.
— О твоей помощнице, о ком же еще? О Майской твоей.
О Саше? Меня перекосило, как всегда, когда дело касалось ее.
— Что не так с Майской? — произнес резче, чем необходимо, а в животе скрутило от преприятного предчувствия.
— Да все не так! Всё, Жень! Она работает на Брагина!
Я нахмурился, пытаясь въехать, на что он намекает. Но никак не мог увязать Сашу и бывшего друга.
— Объяснись.
— Да все же знают, что Брагин нацелился на нашу компанию.
Стоп. Все? Кто все? Я не знаю! С какого хрена?
— Вить, не зли меня, — произнес, предупреждающе понизив голос. — С чего ты это взял?
