– И когда Гейб описал Чейзу его шрам над бровью, я поняла, что это Уилл. Да и Гейб потом подтвердил мою догадку. Я выскользнула через заднюю дверь, надеясь его поймать.
– Так вот куда ты ходила той ночью, – воскликнула я, вспомнив ее подозрительное отсутствие.
– Да. Я боялась его упустить: он к тому времени мог уже давно убежать, но мне удалось поймать его на стоянке и уговорить помочь мне сначала спасти тебя, а уж потом окончательно уходить самому. И еще я обещала показать безопасный путь для вас обоих.
– Ты уже был свободен, но остался, чтобы спасти меня? – удивилась я. – Почему?
– Думаю, тебя можно спросить о том же. Ты тоже могла скрыться по-тихому, но вернулась из-за записей в дневнике Лэндри, чтобы сообщить полиции об исчезновении людей. А ведь могла спокойно уехать из города, – заметила Клаудия.
– Ну и напрасно, – я пожала плечами. – Лэндри не нуждалась в моей помощи.
– Но тогда ты этого не знала.
Она права, но от этого я не стала чувствовать себя менее глупо из-за того, что попалась на их уловку. Да и неизвестно, далеко бы я ушла? Ведь все схвачено, везде свои глаза и уши, а все, кто надо, предупреждены.
– Ну и как же вам удалось вытащить меня из больницы?
– Врач, купивший Уилла, работал как раз в той клинике, куда тебя привезли. К тому моменту я уже знала, что тебя выставят сумасшедшей, а потом, когда сделка состоится, сделают вид, будто отправили куда-то долечиваться. У меня была своя роль – сначала я должна была изображать, что старательно заставляю тебя остаться, потом Чейз расписал наши обязанности на ту ночь, когда пропала Кайла: дать тебе достаточно времени, чтобы ты вызвала полицию, а мы знали, что ты это сделаешь, и разыграть заключительный акт спектакля. Он мог держать тебя взаперти и пичкать успокоительным до тех пор, пока покупатели согласны платить. Я знала, что времени у нас в обрез, да и Уилл ждал от меня вестей, поэтому, как только тебя заперли, я заставила его украсть халат и пропуск доктора Марвина и вытащить тебя.
И тут при имени доктора Марвина у меня в памяти всплыл человек с запонками, который там, в кабинете у Чейза, предложил нам выпить. Он и меня собирался купить? Я буквально вся дрожала от отвращения.
– Все это было очень рискованно, – заметил Уилл. – Но каким-то чудом это сработало. Меня никто ни о чем не спрашивал, а пропуск доктора позволил мне пройти через все двери. До сих пор не понимаю, как нас не поймали.
– Ну а теперь что? – спросила я.
– А теперь мы вместе убежим, – ответил он. – Начнем новую жизнь – новые знакомства, новые места.
– Гм, без обид, и спасибо, что спасли меня, но я не могу начинать новую жизнь с тобой. Ты ведь мне совершенно чужой.
– Все чужие друг другу, пока не познакомятся поближе, – пожал плечами Уилл. – Послушай, я ведь не говорю, что мы должны стать лучшими друзьями или влюбиться друг в друга, но начинать все сначала трудно и под собственным именем, а под чужим – особенно. Вот мы с Клаудией и подумали, что будет легче, если мы объединим усилия. К тому же я обещал ей, что позабочусь о тебе.
– И что? Я должна изменить личность? Разве нельзя взять и позвонить в ФБР или что-то в этом роде? Разве нас недостаточно, чтобы сдать Чейза властям?
– Нет. Это слишком рискованно. Ты больше никогда не сможешь быть той, кто ты есть сейчас. Слоан Маршалл умерла в той больничной палате. Если попытаешься жить под своим именем, Чейз сразу же тебя вернет. Как я уже говорила, любого, кто когда-либо пытался сбежать, кроме Лэндри, обычно находили в течение суток. Я слишком часто слышала, как он хвастался этим. У него везде свои люди. За деньги можно купить все, кроме совести. Вам с Уиллом нужно уехать подальше отсюда, лучше вообще в другую страну. Постройте новую жизнь, возьмите другие имена, и тогда сможете придумать, как уничтожить это чудовище. Но не раньше, чем окажетесь в полной безопасности.
– А как же ты? – спросила я, смущенная, что она имеет в виду только нас. – Разве ты не идешь с нами? Ты ведь все равно уже сбежала и к тому же сама говоришь, что им известно про твое «предательство». Если тебя подозревают в пособничестве Лэндри, то, когда узнают, что и мы с Уиллом исчезли, могут прийти за тобой. Но даже если этого и не случится, ты тоже заслуживаешь свободы. Тебе небезопасно возвращаться.
– Нет, еще рано, я не могу уйти, пока не буду уверена, что меня не депортируют, что по воле здешних властей не окажусь в стране, которой совершенно не знаю. Кроме того, у меня здесь есть еще кое-что, требующее моего внимания.
– Давай теперь я тебе помогу, Клаудия. Мы обеспечим тебя всем, что нужно, найдем адвоката, позаботимся о твоей безопасности и вообще о тебе.
– Это слишком опасно, – покачала она головой.
– Нет. Наоборот, для тебя слишком рискованно возвращаться…
У нас за спиной треснула ветка, и мы замерли. Клаудия снова покачала головой и заговорила тише.
– Хватит спорить, у меня нет на это времени. Мне уходить пока нельзя – и точка. Я возвращаюсь на Водопад Вдовы и не хочу, чтобы вы меня искали. Вы с Уиллом постарайтесь хорошенько устроиться, позаботьтесь друг о друге…
