Забегая вперед скажу что многие наши девушки даже в самых тяжелый боевых условиях ухитрялись оставаться женственными, даже нарядными – и это нисколько не мешало им храбро воевать. Я вспоминаю нашу общую любимицу – милую, хорошенькую Лиду Литвяк. Когда летчицам выдали комбинезоны и меховые чулки, Лида спорола с комбинезона коричневый воротник и вместо него пришила мех с вывернутых чулок. Получилось очень красиво – синий комбинезон с белым воротником. Наш суровый комиссар полка – Куликова – отругала Лиду и велела ей перешить все, как было раньше. Лида повиновалась. Но подводить брови и красить волосы перекисью водорода Куликова не смогла ей запретить. Лида Литвяк одна из первых освоила новый истребитель – «ЯК-1» – и отлично выполняла боевые задания…
Закончено формирование трех полков – истребительного, дневных скоростных бомбардировщиков и легких ночных. Командиром истребительного плка назначена Тамара Казаринова, а я – ее заместителем и штурманом полка.
Начинаются учебные полеты, хотя погода не очень то им благоприятствует. Зима стоит метельная, с трескучими морозами. Аэродрома, строго говоря, нет. Есть посадочная площадка с плотно утрамбованным снегом. Садились мы не на лыжах, а на колесах. Я убедилась на собственном печальном опыте, что это было довольно рискованно – ввиду частых снегопадов.
С инструктором Смирновым я вылетела на двухместном «УТИ-4». Это был один из первых тренировочных полетов. Мы сделали несколько кругов. Земля слепила своей белизной, хорошо, что у нас были темные очки. Пошли на посадку. Самолет побежал по площадке – и вдруг зарылся колесами в рыхлый снег и перевернулся. Мы повисли в своих кабинах на ремнях, вниз головами. Не очень-то приятное ощущение. Наверное, минут десять мы висели, пока не подбежали люди.
Но если летчикам приходилось трудно, то, пожалуй, не легче было нашим девушкам – механикам, мотористам, оружейникам. Большинство из них пришли со студенческой скамьи, многие даже гаечного ключа прежде в руках не держали. А тут еще такие морозы, что металл даже сквозь рукавицы обжигает как огонь.
Ох уж эти морозы! Мы летали, с головы до ног закутанные в мех – только глаза и нос оставались открытыми. И все равно… Стоит приземлиться, кК уже кричат подруги: «Три щеку! И другую тоже! Крепче растирай!». И трешь изо всех сил, чувствуя под пальцами какое-то каменное затвердение. Я однажды отморозила пальцы. До сих пор помню, какую дикую боль я испытала, держа руки в холодной воде, чтобы быстрее «отошли». А Тамара Памятных вылетела как-то без меховой маски и здорово обморозила себе щеки. Долго мучилась потом от ожога.
Но мы не унывали, хоть и трудно было. По вечерам пели, читали, устраивали целые диспуты о книгах. По рукам ходила «Война и мир» – почему-то в те дни особенно хотелось перечитать ее. Зачитывались «Тремя мушкетерами», затрепанными донельзя, Аркадием Гайдаром, Джеком Лондоном. Спорили об уме и коварстве королевы Марго. Гурьбой ходили в Дом Красной Армии смотреть саратовскую оперетту и ленинградский цирк.
Никогда не забуду, какое ликование царило у нас в общежитии 6 декабря – в день, когда радио сообщило о разгроме немцев под Москвой. Это был настоящий праздник.
— Ну, теперь конец отступлению, – радостно говорили девушки. – Теперь двинем на запад!
Конечно, мы не знали еще тогда, какие суровые испытания войны еще предстояли нам.
Наш полк перебрался в небольшой поселок. Здесь мы расположились уже надолго.
Жили в землянках поблизости от аэродрома. В одной землянке со мной – мои подруги: начальник штаба полка Саша Макунина, инженер по вооружению Тоня Скворцова, инженер по приборам Щербакова, полковой врач Рая Бенгус.
Мы летаем на истребителях «И-16». Наши летчицы упорно овладевают искусством дневных и ночных полетов, учатся стрелять по воздушным и наземным мишеням. Многео нужно уметь истребителю! На тяжелых машинах – экипажи из нескольких человек: пилот, штурман, стрелок-радист. А летчик-истребитель – один в трех лицах…
Днем и ночью я на аэродроме. Для отдыха в теплой землянке остаются считанные часы. На моих плечах – штурманская подготовка полка. Усиленно обучаю летчиц ориентироваться в боевом полете. Учусь и сама: ведь мне, как штурману полка, предстоит водить группы истребителей по большим маршрутам. Ответственность огромная…
Полк получает новейшую по тому времени материальную часть – истребители «ЯК-1».
Новые истребители! Как жадно ожидал их фронт! Как тяжко сказывался на ходе боевых действий количественный перевес немецкой авиации в первый период войны…
Быстроходные, маневренные «ЯКи» были первой ласточкой, предвещавшей господство в небе советской истребительной авиации. Из создал один из крупнейших авиаконструкторов страны Александр Сергеевич Яковлев. В то время, как в мировом самолетостроении наметилась тенденция к утяжелению истребителей за счет вооружения, советский конструктор не только не увеличивал веса и размера своих машин, но. Напротив, стремился всячески облегчить их.
