– Займемся тантрическим сексом? – предложила она, когда я снова пришел к ней в гости. – Ничто так не сближает, как тантрический секс.
Я вынужден был признать, что «не умею», но готов освоить эту практику.
– Эксперименты меня не пугают, – заверил я.
Так же спокойно после первого раза, когда я спросил ее, со сколькими партнерами она занималась этим самым сексом, Катя ответила:
– Ты восьмой.
Я поежился. Подобная откровенность все же отталкивает.
Мне представлялось, тантрический секс – это нечто невообразимое в смысле поз и совершаемых любовниками телодвижений. Но на поверку оказалось, все это – просто разводка для лохов. Все, что требовалось от мужчины, как можно дольше сдерживать семяизвержение. Поначалу у меня никак не выходило оттягивать финал. И тогда Катюша, добрая душа, предложила прикладывать к моим яйцам лед. Это уже было слишком. Я решил, что индийская культура слишком экзотична для меня, что мне куда больше нравятся русские девушки и простой незатейливый «перепихон» – когда фонтан страсти бьет ключом. И просто исчез, поехал к Даше, не оставив Кате номера телефона.
Потом я размышлял по этому поводу, и пришел к выводу, что слишком увлеченные девушки мне не нравятся. Я люблю женщин, способных обеспечить семейный уют – тех, в ком даже на расстоянии ощущается теплота, интимная ласка. У меня вызывают отторжение особы, у которых на первом месте дело, и только потом: семья, их мужчина, дети. Работая много, в самых разных сферах, я встречал немало женщин, вызывающих уважение. Уважение, но не желание. Их личная жизнь, как правило, всегда летела в тартарары. Будучи талантливейшей бизнесвумен, одна моя знакомая все время жалуется мне, как она несчастна в любви. Ее периодически атакуют молоденькие жиголо, коих развелось в нашей стране, как мух, но ее вовсе не привлекают смазливые недомужчины. Она говорит, что хочет мужика. Подозреваю, намекает на меня. Но я никогда не разрушу то хрупкое и горячее, тонкое и щемящее, волнующее и трогательное, что обрел однажды совершенно, как мне кажется, незаслуженно – свою семью.
Несмотря на то, что с Дашей мы периодически расставались, всегда на очень короткое время, мы всегда знали, это расставание – невзаправдашнее, это игра. Знали, что обязательно состоится примирение, и оно будет бурным, непременно бурным… Я и предположить не мог тогда, что когда-нибудь наши дороги разойдутся навсегда, что разведут нас ошибки, совершенные в силу юношеской глупости, и моя непомерная гордыня – абсолютное неумение прощать. Она знала – я всегда приду. Где бы ни был я, где бы ни была она.
Помню, как внезапно летом меня обуяло острое желание ее увидеть. Она тогда уехала в Тамбовскую область, на родину родителей. Проблема заключалась в том, что денег у меня не хватало даже на билет в один конец. Ничуть не смутившись этим обстоятельством, я взял паспорт, и помчался на вокзал. Уже через час с небольшим я сидел в поезде и слушал стук колес, он набирал ход. В вагон я вошел беспрепятственно – билеты у пассажиров не всегда, но частенько, начинали проверять уже после отправки, а документы никого и вовсе не волновали. Затем я рассказал проводнице душещипательную историю наших с Дашей отношений. Сказал, что обязательно должен ее увидеть, иначе просто умру, а денег нет, совсем нет… так получилось. И тучная тетка в летах вдруг вся растаяла, как масло в жару, и позволила мне доехать до станции назначения в своем купе. По дороге она распечатала бутылку водки, и мне пришлось пить с ней почти всю ночь. Утром она была, как огурец, а я пребывал в состоянии сильного подпития.
Вышел на перрон, и понял, что не знаю, куда идти. «Улица Лесная, дом два», – с трудом припомнил я. Остановил случайного прохожего.
– Подскажите, пожалуйста, как пройти на Лесную улицу.
– Ой-йо, это дал
– С Москвы, – ответил я на бегу.
Конец августа. Ранее утро. Несмотря на солнечную погоду, было зябко. Поэтому я перешел на бег. Прохожие смотрели на меня с недоумением. В России, в отличие от Америки, культуры бега не существовало. И до сих пор она не прижилась. Одно дело если ты бегаешь в фитнес-центре, на дорожке, и совсем другое – если несешься по улице. Бегущий человек вызывает неизменный интерес. Если бежит, значит, либо кого-то догоняет, либо наоборот – за ним кто-то гонится. За мной гналось желание увидеть Дашу.
