Сама не знаю, почему именно это воспоминание я выбрала прямо сейчас, но мой разум регулярно гоняет меня по кругу – приводит в разные места, чтобы тут же показать другие. Я знаю это и поэтому закрываю глаза и позволяю себе полностью погрузиться в тот момент – ощутить, как ветер развевает мои волосы, почувствовать вкус соли на губах. Я даже вижу, во что я была одета: в черное. Во все черное, потому что смерть поглощала меня, разъедала изнутри. И я все глубже погружаюсь в эти воспоминания, переживая их заново, как будто все это происходит прямо сейчас…
Вокруг меня гуляет ветер, дующий с океана, волны разбиваются о скалы, соль у меня на губах, и впервые за целый месяц с тех пор, как мою мать объявили погибшей, это не из-за моих слез. Сегодня вечером все изменилось – больше режущей, кусающей боли, а не эмоциональной бури. Мною все сильней овладевает усталость – недели, когда я почти не спала, наконец-то настигают меня, но я не хочу ехать в коттедж, в дом моей матери. Снимаю куртку, ложусь спиной на камни, подложив ее под голову, и луна светит мне прямо в глаза. Опускаю веки – мне просто нужно отдохнуть несколько минут, но какой-то звук встряхивает меня, и я сажусь. В этот момент какой-то мужчина, приближения которого я даже не слышала, опускается передо мной на корточки – без пиджака и галстука, с закатанными до локтей рукавами.
– Лайла Лав, – произносит он, и хотя мы еще никогда не пересекались, это маленький городок. Мы знаем друг о друге. И учитывая, кто он и кто мой отец, я знаю, что на каком-то уровне я должна испытывать страх, но страха я не чувствую. Хотя, с другой стороны, я уже решила, что не собираюсь умирать, загнанная в рамки других людей, как моя мать.
– Кейн Мендес, – отзываюсь я. – Я слышала про тебя. Ты здесь, чтобы трахнуть меня или убить?
– Ты хочешь сказать, что хочешь, чтобы я тебя трахнул?
– Насколько я помню, ты неплохо выглядишь в костюме, так что, пожалуй, я и сама бы тебя трахнула.
Он смеется.
– Правда?
– Да. Правда. Почему ты на самом деле здесь?
– Я прихожу сюда, когда хочу подумать и побыть один, – говорит Кейн, присаживаясь рядом и глядя на меня. – А ты почему?
– Моя мать приходила сюда по той же причине, что и ты. Ты был знаком с ней?
– Нет, – говорит он, – хотя встречал ее несколько раз. Она была не только потрясающей, но и милой со всеми, кто ее окружал.
– Да. Это точно.
– А еще я встречал твоего отца, начальника полиции. Он гондон.
– Да. Это так. – Я бросаю на него взгляд. – Я вроде где-то читала, что у тебя диплом юриста Йельского университета?
– Так и есть.
– А у твоего отца?
– Нет. Закон не привлекает моего отца.
– Ты такой же криминальный тип, как твой отец?
Кейн косится на меня.
– А ты довольно прямолинейна.
– Да. Так и есть.
– Почему?
– Не люблю пустой болтовни. Напрасная трата времени.
