– Так вот я и говорю, Нестеровой не дали мяса, а с ней был Лезин и два рабочих. Кукушкин-то лежит в больнице весь в бинты замотанный. Лезин вызвал остальных полицейских, кого смог, получилось человек пять, и они этот дом, в котором живут военные, взяли штурмом. Ведь морозильник-то у них в подвале, не знаю, почему Макаров так устроил. Погрузили мясо и поехали. Уж не знаю, убили они кого из военных или только попугали, но шум был большой.
– А вроде долго стреляли-то вчера, – мы хотели подробностей.
– Так военные очухались, собрались, похватали оружие и стали полицейских искать. Приехали сюда, в гостиницу, человек пятнадцать. Тут ещё такое дело, что всех полицейских спаслось мало, восемь человек. А военных, если всех подсчитать, то человек тридцать. Так что сюда ввалилась целая рота или взвод, не знаю, как правильно. Половина в бронежилетах, касках, с автоматами. Здесь их не нашли, но кто-то подсказал, что полицейские могут быть в здании районной полиции. И, видимо, там была для военных засада, потому что они уехали из гостиницы, и через пять минут стрельба с той стороны началась.
– Есть убитые, не знаешь?
– Из полиции не знаю, а военных убили четыре человека, – сказала Марина, искренне сожалея, – об этом Нестеровой сказал Колюжный, а я слышала. А самое главное, что убили члена Комитета нашего, помните, такой сидел подполковник Ракитов?
– Помним, молчал всё время.
– Да, так вот он тогда напился-то и пришёл с дружком сюда женщин искать, – Марина перешла на шёпот и сказала нам доверительно: – Сам всю кашу заварил, сам первый и пострадал.
– А ты чего вещи собираешь?
– Да не буду я здесь больше сидеть. И Комитета-то уже нет, как такового.
Позже мы узнали, что полицейские, действительно, заняли круговую оборону в здании ОВД и в тот день никто из них не погиб, так как к встрече военных заранее подготовились. А группа атакующих полезла на рожон и первые двое были убиты прицельным огнём из окон, не успев даже вылезти из машины. В следующие полчаса были убиты ещё трое, включая Ракитова, и военные отступили.
На другой день военные провели целую операцию, окружив здание ОВД, забросав его гранатами в разбитые окна, но внутри уже никого не было. Полицейские отступили на территорию спортивного комплекса Лужники, и стрельба несколько дней слышалась только там.
Так как боевые действия велись на достаточно изолированной территории, отрезанной насыпью железной дороги и эстакадой Третьего кольца, то в остальной части Пузыря жизнь протекала почти так же, как и раньше. Но однажды полицейские добыли где-то рабочий инкассаторский фургон и под прикрытием этой брони стали покидать территорию Лужников, делая вылазки за продуктами. Был там у них такой омоновец Слава Воробьев, вояка здоровенный, бывалый и совершенно отчаянный. А среди военных, если не считать офицеров, спаслись солдатики срочной службы, в момент Катаклизма оказавшиеся на работах в каком-то подвале. Офицеры, впрочем, тоже по большей части были не боевые. Так что численный перевес был на стороне военных, а боеспособность на стороне полицейских.
Жертв могло быть и больше, но, если не считать первых двух дней, когда все гонялись друг за другом в ожесточении пьяного угара, позже старались на рожон не лезть, стреляли всё больше издалека по предполагаемым местам нахождения противника. Погибло ещё двое военных и трое полицейских, прежде чем через две недели не был заключён мир силами всех спасшихся и офицеров спецслужб под руководством майора ФСБ Демченко, который занял в конфликте разумную нейтральную позицию. На закрытом собрании, о результатах которого было официально объявлено, было решено, что принадлежность к полиции или военным упраздняется. Все боеспособные мужчины находились на учёте и несли службу по охране складов, гостиницы и тюрьмы без учета ведомства, к которому они относились до Катаклизма. Все, кроме членов Комитета, сняли погоны.
В Пузыре воцарилось прежнее спокойствие и даже Марина вернулась на своё место. А мы с Генкой, наконец, обзавелись пистолетом ПМ, который нашли, когда на следующий день пришли поглазеть на место штурма ОВД. Это было не первое наше оружие. Некоторое время назад, рутинно обыскивая случайные квартиры, мы нашли охотничье ружьё-двустволку и охотничий же карабин. Всё это стояло в оружейном шкафу, выполненным по всем правилам, а по стенам квартир были развешаны головы добытых хозяином трофеев. Патроны тоже нашлись.
ХХХ
