За те шесть месяцев, что Дафна провела в Тремор-холле, ей редко выпадала возможность исследовать дом и его окрестности или даже просто отправиться в деревню. Конечно, каждое воскресенье, в свой выходной день, она вместе с четой Беннингтонов ездила в Вичвуд на утреннюю службу, но, не желая отвлекаться от своей работы, так и не смогла улучить минутку, чтобы посетить деревенские магазинчики или оценить красоту герцогского имения.
Теперь, когда к воскресеньям прибавились еще и четверги, Дафна решила прогуляться до Вичвуда и уделить немного времени покупкам. Ей хотелось хоть на один шаг приблизиться к заветному «меньше работай, больше отдыхай» и потратить небольшую сумму из тех тридцати двух фунтов, что она заработала.
Дафна шла в деревню спокойно и неторопливо, наслаждаясь чарующей красотой коттеджей с соломенными крышами, любуясь старыми дубами и восхитительными золотыми и багряными красками осени.
Она не могла не сравнивать гэмпширские пейзажи с финиковыми пальмами Северной Африки, красными скалами Петры или холмами Крита, покрытыми зеленью розмарина и бело-розовым ковром бадьяна. Каждая страна была по-своему живописна, но английская сельская местность казалась Дафне прекраснее всех уголков мира, где ей доводилось жить прежде. Она сомневалась, что когда-нибудь устанет от здешней погоды. Но даже если это вдруг случится, достаточно будет вспомнить о песчаных бурях Месопотамии, и английский дождь вновь покажется замечательным.
Мысли о дожде воскресили в памяти прошлую ночь. Лицо Энтони. Дафна поняла, что он посмотрел на нее другими глазами, увидел в ней женщину. Она вспомнила ощущение от прикосновения его пальцев, его слова о том, что женские волосы могут стать для мужчины наваждением. Тело её тотчас же охватил знакомый обжигающе-болезненный голод, что снедал Дафну в те времена, когда она, страдая от любви, сквозь окуляр подзорной трубы разглядывала обнаженную грудь Энтони Кортленда. Но она не винила себя за это. В конце концов, это невероятное ощущение, когда красивый мужчина, которого ты когда-то боготворила, наконец замечает тебя. Даже если уже слишком поздно и это ничего не значит.
Возможно, герцог действительно верил, что у неё удивительные глаза. Возможно, он понял, что Дафна – живой человек, а не машина. Но она знала, что Энтони гораздо больше волнует музей, чем она сама. Так что она решительно прогнала мысли о нём и ускорила шаг.
Неторопливо прогуливаясь по Хай-стрит – главной улице Вичвуда, по обеим сторонам которой тянулись магазины, – Дафна довольствовалась разглядыванием витрин, но, оказавшись у магазина на углу, поняла, что на сей раз не сможет пройти мимо. Она смотрела на прекрасные наряды, выставленные за стеклом мастерской миссис Эйвери «Пошив одежды», чтобы искушать проходящих рядом молодых леди, и сама поддавалась искушению одного из них. Нежно-розового шелка, искусно отделанное по подолу узором из бисера кремового и темно-розового цветов, с декольте, которое едва прикрывало плечи, платье, казалось, скорее соскользнет вниз, нежели останется на своей владелице. Рукава, украшенные бисером более темного оттенка, выглядели нелепыми шелковыми буфами. Рядом, в дополнение к платью, красовалась пара расшитых шелковых туфелек. Дафна никогда не видела ничего более женственного, милого и непрактичного.
Она прикоснулась к стеклу, разглядывая прекрасное видение, и страстное желание стать хозяйкой этой красоты охватило её. Раньше она не интересовалась туалетами, ведь польза от розового шелка в песках пустынь Марокко или Петры невелика, и практичная бережливая натура Дафны никогда бы не позволила ей оправдать покупку вечернего наряда, особенно такого легкомысленного, как этот. Но сейчас её жизнь изменилась. Она больше не в пустыне.
Дафна представила, что ощутит, надев такое платье, и, не дав себе времени передумать, толкнула дверь и вошла в магазин.
Когда она переступила порог, зазвенел крошечный колокольчик, и пять или шесть женщин подняли на неё глаза. Она улыбнулась, приветствуя всех сразу, и повернулась, чтобы получше рассмотреть платье.
И в ту же секунду поняла, что пропала. Дафна хотела это платье, и её не волновало, даже если придется потратить на него всё до последнего шиллинга. Размер казался подходящим, но даже если выяснится, что платье мало или наоборот велико, она просто попросит сшить точно такое же.
Колокольчик звякнул снова, и в дверях магазина появилась миссис Беннингтон. Она тотчас же направилась к Дафне.
– Моя дорогая мисс Уэйд, вы не слышали, как я вас звала? Я заметила вас ещё в начале Хай-стрит. Не знала, что вы собираетесь сегодня в деревню. Почему вы не сказали мне об этом за завтраком?
– Я ещё не знала, что стану делать. А когда определись, вы с мистером Беннингоном уже ушли.
