- Поздравляю, первая! – Ая слегка склонила голову набок, изучающее глядя на нее. В ее взгляде сейчас волчьего было гораздо больше, чем человечьего. – Для нас с тобой все прошло гораздо лучше, чем мы могли ожидать. Надеюсь, первая первых не изменит своего решения и в дальнейшем.
- Наверное, мне следовало бы сказать тебе спасибо, – Леда неуверенно взглянула на Айю. – За то, что ты втянула меня во все это.
- Спасибо скажешь, когда война закончится, – хмыкнула Ая. – Теперь твоя царица – Магара, а ты сама прекрасно знаешь, что ей в голову может взбрести что угодно. Так что на твоем месте я не торопилась бы с благодарностями.
С этими словами она и удалилась в сторону обоза, причем шагала так, будто сил у нее оставалось еще на один такой же дневной перелет. А Леда остановилась посреди шумного просыпающегося лагеря, не совсем понимая, что ей делать.
Искать здесь Фатих смысла не имело: перед своим уходом она предупредила Леду, что отправляется поднимать становища Лаэрт и вернется в ее лагерь через пару дней. Лагерь остался далеко за спиной Леды, поэтому и надеяться встретить ее было напрасно, но Леда все равно поспрашивала у проходящих мимо Лаэрт. Впрочем, трое из опрошенных ей сообщили, что Фатих отбыла куда-то на запад пару дней назад и больше не возвращалась, а еще одна сказала, что вообще ничего о ней не слышала.
Тогда, пораскинув мозгами, Леда пришла к выводу, что неплохо бы найти сестру и Эрис с Найрин, чтобы повидаться с ними. Мысли в голове ворочались плохо и медленно из-за усталости: эйфория от нового назначения быстро прошла, и осталось только желание поскорее лечь и уснуть. Но Леда упрямо заставила себя зашагать в сторону лагеря, где располагались палатки Каэрос.
Впрочем, первая же попавшаяся ей разведчица сообщила, что Эрис и Найрин в лагере нет, а об Эней она и не слышала вовсе. Это была убеленная сединами женщина из какого-то чужого становища, и ей не очень-то хотелось долго стоять и чесать языками с незнакомой молодой разведчицей. Она смилостивилась и подсказала Леде, где найти палатку Мани-Наставницы Мари, которая, как оказалось, находилась в этом же лагере.
Уже почти что полумертвая от усталости Леда дотащилась до нужного ей шатра. Сейчас ей хотелось только одного: упасть навзничь прямо на пороге и захрапеть во весь рот. И втайне она надеялась, что Мари выделит ей хотя бы какой-нибудь угол, где она сможет завернуться в собственные крылья и подремать. Одна мысль о том, чтобы шагать через весь лагерь к Обозу, а потом там еще и искать себе место для ночлега, приводила Леду в ужас.
Шатер Мари был не слишком маленьким: места вполне хватило бы и для того, чтобы встать в полный рост. Никакого почетного караула вокруг него не было, а изнутри не слышалось ни звука, и Леда на миг забеспокоилась, там ли Мани-Наставница. Могла ли она в такую рань уже уйти куда-нибудь по делам? И если да, то что делать Леде?
Помявшись в раздумьях несколько секунд у входного клапана, Леда все-таки решилась и громко позвала:
- Мани-Наставница, вы здесь?
Из шатра послышалось какое-то шуршание, а потом между клапанов просунулась заспанное лицо Мари. В один миг глаза ее расширились, и она выдохнула:
- Леда! Жива!
- Да, Мани, – Леда неловко улыбнулась и развела руками. – Я вот все пыталась найти Эней, и меня послали к вам.
Что-то непонятное вновь промелькнуло по лицу Мари, а потом она поспешно скрылась с глаз Леды.
- Подожди буквально минутку. Я сейчас приведу себя в порядок, а потом сможешь войти.
Леда осталась стоять у входа, прислушиваясь к тому, как внутри шуршит чем-то Мари. Да, ей пришлось ждать, но Мари здесь, а значит ей не придется таскаться по всему лагерю и, скорее всего, удастся добиться того, чтобы прикорнуть прямо здесь. От таких мыслей тело почти что физически налилось усталостью, и Леда зевнула во весь рот, прикрываясь кулаком.
- Заходи! – послышался из шатра приглушенный голос Мани-Наставницы, и Леда шагнула внутрь.
Шатер был совсем маленьким. В нем помещалась только походная раскладушка, укрытая шкурами, маленький походный стол и стул. В углу стояла чаша с пламенем Роксаны, которое хорошо прогревало воздух, и Леда по привычке первым делом поклонилась ему.
Сама Мани наспех прибрала волосы, которые теперь слегка выбивались из ровной прически, и покрыла плечи шерстяным платком. Леда взглянула ей в лицо и на миг ей показалось, что все стремительно уносится прочь: и военный лагерь, и последние мрачные три года, и будущее, что их ждет, все; а остается только запах напитанных солнцем полей, тихий шум сосен и теплые руки Мари, что протягивают ей румяный только что испеченный каравай. Да, все было именно так, почти что ничего и не изменилось, разве что волосы Мари были уже почти что седыми, да морщины гораздо сильнее избороздили лицо, чем раньше.
- Мани!.. – Леда осеклась, не зная, что сказать, а потом неуверенно раскинула руки.
